?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Отрывки из писем, написанных во время Оренбургской ссылки
(Сераковский был впервые арестован в 1848 году за связь с организацией братьев Далевских "Союз литовской молодежи" и за попытку нелегально перейти границу и присоединиться к восстанию в Познани; отправлен рядовым в Оренбургский корпус, вернулся в Петербург в поступил в Академию Генерального штаба в 1856 году)



Владимиру Спасовичу (другу юности, с которым Сераковским вместе учился в Петербургском университете; в дальнейшем знаменитый русский юрист, адвокат, либеральный публицист)
январь 1850 года
"Владимир! Читаю теперь Тацита (на франц.), мудрецы у меня перед глазами. Нет! Их добродетели были пассивны. Жизнь на Земле - это первый день жизни. Нет, если даже ускорить начало второго дня, то не вследствие безразличия, а вследствие возвышения. Владимир! До свидания. Жизнь не окончены, мы бессмертны - сегодня, либо завтра! ... Смерть только изменение, Владимир! Увидим смерть в лицо, победим смерть, и будем всесильны".

Владимиру Спасовичу, 26 сентября 1850 года.
"Я верю в высшую истину, в отца миров, в Бога! Верю в бессмертие, в будущую жизнь после смерти на земле, в которой я буду сорняком. Жизнь на земле - это только один день жизни мученичества и креста для того, чтобы быть самостоятельным. Бог создал человечество, человечество должно создать свое счастье - вот цветок, который вырос у меня в душе в пустыне.
Владимир, вначале в Оренбурге смерть в образе холеры заглянула мне в глаза. Год я был за морем на безлюдном полуострове, год на границе Азии. В Оренбурге начнется новый для меня этап жизни. В Оренбурге я буду жить с Брониславом (Бронислав Залесский, тоже ссыльный, друг и соратник Сераковского. В дальнейшем жил в эмиграции, историк, публицист и художник - РД). С Брониславом, хотя и будучи разделены, мы чувствовали и молились вместе. И последнее наше слово: псалмы говорят, что нужно облагородиться, Иордан сделать королевством. Мы верим, что нужно обожествиться. Так верил Давид старый и Христос новый. Новый год жизни будет жить вместе. Послушай: у меня добавилось морщин на лбу и в груди, но дух возвысился и укрепился. Нет другой жизни, чем жизнь солдата: целься, стреляй, заряжай".

Аркадию Венгжиновскому (родственнику по матери, оказывавшему помощь семье Сераковских после смерти отца):
(без даты)
"... когда ты, мой дорогой, принимаешь на шею осиротевшую мать с маленькими детьи, когда сам ходишь в каком-то сером одеянии, покрытом пятнами, а малым деткам покупаешь форму из тонкого сукна с блестящими пуговицами (мне и Игнацию); когда ходишь по деревне и раздаешь лекарства больным; когда женщине, когда матери, которую все так называемые друзья покидают и которую оскорбляют, ты даешь приют, опеку и требуешь уважения к ней, и это в течение восемнадцати лет, - ты, мой дорогой, - пишешь своей жизнью такую поэму, что если бы ее кто-нибудь описал словами - назвали бы его гением... (здесь и далее выделено в оригинале - РД)
Игнаций (брат Сераковского - РД), может, этого не понимает, но я понимаю, я это чувствую, я сам желал бы пойти по твоим стопам. Я хотел бы, чтобы жизнь моя была живой поэмой; чтобы жизнь моя всегд была направлена к одной святой цели".

Аркадию Венгжиновскому, 1 января 1851 года.
"Великим было наше поколение. Юношам представлялись видения, мужи свершили чудеса, старики умерли торжественно. Побежден ад - побеждена смерть, наша смерть - это превращение!"

Аркадию Венгжиновскому, 10 января 1852 года.
"Аркадий! Пусть люди увидят, пусть убедятся, что существует бессмертие, тогда не будет плохих и хороших, счастливых и несчастных, тогда каждый будет героем добродетели. Тот спасет мир на веки, кто сорвет занавес с мира духов, который ведь не является игрой воображения. Но для этого надо быть святым".

Владимиру Спасовичу, 12 мая 1852 года.
"Владимир! Братья!
Знаешь, какая сегодня для меня торжественная годовщина?
Четыре года тому назад я был в Петербурге, 12 мая получил место в Оренбурге, 31 мая прибыл в Оренбург. Итак, в мае я кончаю четырехлетний курс университета пустыни. Владимир, я кандидат пустыни, но и в пустыне есть звезды, есть жизнь. Ты в населенном городе можешь быть одиноким..."

Владимиру Спасовичу, 14 октября 1852 года.
"Владимир! Мой любимый! Только то является великим, что несет в себе зародыш вечности, бессмертия. Ведь правда, мой дорогой? Так и твоя дружба является для меня таковой, и поэтому я ею горжусь. Я этим живу.
Братишка мой, дорогой мой! Минуют века, тысячелетия, канут в лету теперешние планеты, солнца и звезды, а мы будем жить, и память каждой торжественной минуты будет жить и будет залогом торжественного и все более торжественнейшего будущего!..
Зерно, вырванное из колоса и унесенное бурей с поля, брошенное на далекие забытые поля, не может, не должно думать о своем колосе и даже о своем поле; сперва оно должно думать о всей растительности, думать о силе, которая дает жизнь. Оно должно думать о законах этой силы, о возбуждении жизни во всей природе. Если вся растительность возродится, если для мира наступит весна, тогда и его родные поля и родной колос расцветет. Такова и моя доля...
Благодаря Богу мы до сих пор живем одной идеей, стремимся в одном направлении, хотя идем разными дорогами и разным шагом. Благодаря, однако, Богу, все же мы находимся вместе, плечом к плечу. Ты идешь прямой дорогой, надежным, хотя, может, умеренным шагом, с звездной грустью и печалью на челе, с крыльями, расправленными лишь настолько, сколько нужно для того, чтобы слегка рассечь воздух, так что тебе кажется, что крылья твои сложены. Я иду ущельями, тернием поросли мои дороги, я бегу и падаю, раскрываю крылья и лечу. Ломаю крылья и едва подаю признаки жизни. Шаг мой либо внезапен, стремителен, либо апатичен и вял. Я бегу то с жаром в груди, с мыслью на челе, то снова ползу. Есть минуты, когда я живу и бываю счастлив самопознанием жизни, а другой раз живу - и не хочу жить.
И все же, Владимир, мы держимся за руки, ладонь в ладонь..."

Comments

( 10 comments — Leave a comment )
intent_reader
Aug. 24th, 2014 11:42 am (UTC)
Ох, слушай, как прекрасно. И спасибо, большое спасибо, что именно последнее письмо не убрала под кат. Очень здорово.
...Как бы этак найти свободное время и попереводить письма Клайва Льюиса Артуру Гривсу?.. Это я так, в пространство :)
naiwen
Aug. 24th, 2014 11:43 am (UTC)
спасибо. Да, они прекрасные письма. Я не переводила, это русскоязычная публикация (если бы я переводила, было бы более коряво, хотя я умею) :))
indraja_rrt
Aug. 24th, 2014 12:48 pm (UTC)
Как это прекрасно... Вот же вам и ещё "человек-улица", которого как человека вряд ли кто знает в окрестностях.
naiwen
Aug. 24th, 2014 04:32 pm (UTC)
Светлый человек, трагическая судьба - могло бы сложиться иначе, но...
...Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу. (с)
odna_zmeia
Aug. 24th, 2014 10:12 pm (UTC)
Знаешь, я вот уже некоторое время думаю - он ведь без дураков святой, тоже ведь можно вопрос о канонизации ставить...
naiwen
Aug. 25th, 2014 01:19 am (UTC)
В этой сумасшедшей двихуже при всех ее многочисленных багах есть несколько человек, которые, на мой взгляд, тянут на святых. Вопрос о беатификации Траугутта, насколько я знаю, поднимался - не помню, чем дело кончилось. А здесь вроде бы и не поднимался - хотя да, стОило бы поднять. Ну наверное этим католическая церковь должна заниматься.
indraja_rrt
Aug. 25th, 2014 08:54 am (UTC)
О, и правда - пишут, что выдвигали "jako symbolu poświęcenia i męczeństwa dla Ojczyzny", но не пишут, чтоб чем-то кончилось.

Насколько знаю "паттерн", то нет, в окрестностях канонизируют обычно людей совсем иного образа жизни, чем он и Сераковский. (То есть, из мне известных поляков, которые где-то тут жили; литовца пока ни одного нема).
naiwen
Aug. 25th, 2014 05:27 pm (UTC)
Ну да, проповедь духовных скреп плохо сочетается с повстанческими идеалами :) (Рафал Калиновский - он же Иосиф или Юзеф Калиновский - был канонизирован, и это тоже интересная история).
Дело не в том, что "символ мученичества за Отчизну" (не будем же всех казненных канонизировать - хотя я горячий противник смертной казни вообще).
Дело в том, что Траугутт и Сераковский взвалили на себя ответственность - за решение, которое было принято не ими, за чужой бардак, чужую безответственность, чужие ошибки - и ВОТ ЭТО взвалили на себя и пронесли до конца. Я бы сказала, что это и есть истинно христианский выбор.
indraja_rrt
Aug. 25th, 2014 07:40 pm (UTC)
М, действительно, Рафала К. могла бы я и вспомнить, а то нашла перед "Городком", и к тому же в Нямежис видела гимназию его имени ("šv. Rapolo Kalinausko" :) ). Но он потом стал монахом, то есть, пришёл к пути смирения.
Угу, люди эти весьма внушают уважения... Только все те беатификации-канонизации, как мне со стороны кажется, всё равно не такой уж чисто духовные дела затрагивающий процесс: кого-то считают более годными стать частью имиджа Церкви, кого-то менее. Хотя по идее всё то лишь должно выражать признание Церкви того, что про данных людей уже можно утверждать, что они попали в рай. [Впрочем, считают, что, наверно, святых в смысле "в раю" куда больше - теперь даже разрешают крестить уже одним лишь литовским по происхождению именем, так как пусть такого покровителя официально и нет, но вполне возможно, что в раю он такой есть].
naiwen
Aug. 25th, 2014 01:55 am (UTC)
вот ведь Спасович же пошел другою дорогой - навсегда остался легальным деятелем, сделал немало полезного...
( 10 comments — Leave a comment )

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com