?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

… Впервые упоминание об этой песне встретилось мне в «Истории моего современника» В.Г.Короленко. Вспоминая о временах Январского восстания на Украине, откуда сам писатель был родом, Короленко писал в числе прочего:
« …Восстание умирало. Говорили уже не о битвах, а о бойнях и об охоте на людей. Рассказывали, будто мужики зарывали пойманных панов живыми в землю и будто одну такую могилу с живыми покойниками казаки еще вовремя откопали где-то недалеко от Житомира...
В польском обществе место возбуждения заняло разочарование, и, кажется, демократизм сменил романтические мечты о блеске и пышности "исторической Польши". Вместо хвастливого "Jeszcze Polska nie zginęła" или "Grzmią pod Stoczkiem harmaty" ("Еще Польша не погибла" и "Под Сточком гремят пушки") -- молодежь пела мрачную и горькую демократическую песню:
О, честь вам, паны, и князья, и прелаты,
За край, братней кровью залитый...»

(кстати, обратите внимание, как Короленко оценивает нынешний польский гимн :) – РД)
В мемуарах ишутинца Николаева о Чернышевском, которые я цитировала недавно, снова упоминается эта же песня.

Итак, что это за песня и почему она была популярна?

Биография автора песни похожа на легенду, хотя – это как раз тот редкий случай, когда историки склоняются к тому, что легендарная версия является правдой: считается, что Густав Эренберг, поэт и революционер, был незаконнорожденным сыном российского императора Александра I и баронессы Хелены Дзержановской. Он родился 14 февраля 1818 г. – как раз через девять месяцев после официального визита императора в Варшаву. В скором времени его мать Хелена Дзержановская вышла замуж за генерала Юзефа Раутенштрайха. Чтобы избежать скандала мальчик был отдан на воспитание в чужую семью. В метрике о его рождении родителями значились варшавский мельник Фердинанд Эренберг и его жена Кристина. Сам Эренберг, позднее, на допросе показывал: «Зовут меня Густав Эренберг, 20 лет, католик, холост, родился в Варшаве, будучи младенцем, лишился своего отца и не могу сказать, кем он был. Мать моя Хелена Дзержановская жива и проживает в Варшаве» . Знал ли он о тайне своего рождения, сейчас трудно сказать с полной уверенностью. Письма Хелены Дзержановской к царю в которых она сообщала о его отцовстве, сгорели в Варшаве в 1944 году (полагаю, этот факт уже никого не удивляет). Вскоре после смерти приемных родителей, воспитанием мальчика занялся российский дипломат барон Павел Осипович Моренхейм. Косвенным подтверждением «высокого происхождения» ребенка считаются также субсидии, регулярно высылавшиеся из Петербурга на содержание и обучение мальчика. Получив домашнее образование, будущий поэт был направлен в Варшавский лицей, где учился в период 1826-1830 гг., однако не закончил полный курс: после поражения Ноябрьского восстания был закрыт и Варшавский лицей. Дальнейшее образование юноша решает получить в Кракове в Ягеллонском университете. Паспорт для выезда за границу оформил его новый опекун, Винценты Козловский, поскольку после смерти барона П. О. Моренхейма, он принял на себя обязанности опекуна молодого Эренберга.

В 1933 году Густав поступил на философский факультет Ягеллонского университета, там же он примкнул к студенческому патриотическому кружку. В те же годы он начал писать стихи: одним из первых стало стихотворение «Шляхта в 1831 году», в котором Эренберг резко выразил свое отношение к негативной роли аристократии и повстанческого руководства в Ноябрьском восстании. Оно было впервые издано в Кракове в сборнике «Звуки минувших дней» в 1848 году (с пометкой «издано в Париже»), вскоре после поражения Краковского восстания – в это время Эренберг уже давно находился в Сибири. Стихотворение быстро стало популярным среди демократической молодежи и вскоре превратилось в песню, которая пелась… на мотив марша из оперы Моцарта «Дон Жуан».

В 1836 году Эренберг стал членом «Союза польского народа» - сети конспиративных организаций, созданных эмиссаром Шимоном Конарским. В том же году Эренберг окончил Краковский университет и вернулся в Варшаву. Вместе с бывшим сокурсником Александром Венжиком они организовали в Варшаве филиал «Союза польского народа»: группа собиралась на квартире Эренберга на улице Святого Креста, поэтому получила название «свентокшижцы».
Первый арест Г. Эренберга состоялся в марте 1837 г. Находясь в Х павильоне Варшавской цитадели, он никого не выдал, не признался в своей подпольной деятельности и в итоге был выпущен под полицейский надзор. Однако через год, после ареста Шимона Конарского в Вильно и раскрытии всей конспиративной сети, Г. Эренберг в числе многих других членов тайного общества был повторно арестован. Военный суд приговорил 20-летнего Эренберга к смертной казни – замененной, однако, бессрочными каторжными работами в Сибири. Дорога из Варшавы до Иркутска длилась для Эренберга 8 месяцев (в повозке до Тобольска, далее пешим этапом). Из Иркутска он был отправлен за Байкал, в Нерчинские горные заводы. В 1841 г. оттуда «политический преступник» был переведен в Александровский сереброплавильный завод. В отличие от многих своих товарищей, которые в течение 40-х гг. в большинстве своем уже были освобождены от каторжных работ и переведены на поселение. Г. Эренберг был переведен на поселение только в 1854 г. Однако, формально оставаясь в каторжной работе, Эренберг занимался частным преподаванием иностранных языков, литературной деятельностью и стал одним из создателей и активных деятелей Нерчинского Огула (кассы взаимопомощи политссыльных). Когда в 1852 г. начальник горного округа, полковник И. Ковригин, попытался удалить Эренберга из Нерчинского Завода «за незаконное преподавание», дело дошло до генерал-губернатора Восточной Сибири, Николая Николаевича Муравьева-Амурского, и тот «порекомендовал» Ковригину оставить Г. Эренберга в Нерчинском Заводе, и Густав Эренберг был оставлен на прежнем месте поселения.



Густав Эренберг, польский поэт и революционер (1818-1895)

В Сибири Эренберг создал религиозную поэму «Stella Maris», ряд исторических драм, цикл элегий, впоследствии названных «даурскими» и сонетов на библейские сюжеты. Также он занимался переводами Шекспира и Данте. Его творчеством интересовался декабрист Вильгельм Карлович Кюхельбекер, который лично не был знаком с Эренбергом, но на поселении в Акше познакомился и подружился с политическими ссыльными Константином Савичевским и Александром Краевским, осужденными вместе с Эренбергом по одному и тому же процессу; они его познакомили с произведениями польского поэта.
В 1855 году Эренберг был переведен на поселение в Иркутск, а в 1856 году в связи с общей амнистией – в Нижний Тагил. В течение двух лет он служил переводчиком французского языка в канцелярии графа Анатолия Демидова в Нижнем Тагиле. Только в 1858 г. Эренберг вернулся на Родину в Варшаву, где вскоре женился, через год овдовел и опять женился.
В 1862 году, в бурный манифестационный период накануне Январского восстания, Эренберг был вновь арестован и выслан административным порядком, однако в этот раз пробыл в ссылке недолго. В последние десятилетия своей жизни он занимался литературной и издательской работой. Его единственный сын, Казимеж, тоже впоследствии стал журналистом.

***

… А между тем песня продолжала жить своей собственной жизнью. Давно уже не было самого Эренберга (он умер в Кракове в 1895 году), а песня с его словами и музыкой Моцарта оставалась популярна среди польских социалистов, во времена революции 1905 года и в дальнейшем, уже в эпоху независимой Польши, ее пели крестьяне и представители левых движений.
В годы войны песня стала неофициальным гимном прокоммунистической «Армии Людовой» (а гимн «Армии Крайовой» - «Расшумелись плакучие ивы» - как наверное многие знают, поется на мотив марша «Прощание славянки»).

"Где народ до бою..." (иногда называется также по первой строчке припева "О честь вам, панове, магнаты...")
Оригинальный текст Эренберга: http://a-pesni.org/polsk/gdynarod.htm

Здесь исполнение сокращенного текста, без третьего и последнего куплетов



Подстрочный перевод и примечания:

Когда народ вступил в бой с оружием
Панове советовали о чиншах (арендных платах)
Когда народ воззвал: "умрем или победим"!
Панове в столицах развлекались.

О, честь вам, панове, магнаты
За нашу неволю, кандалы
О, честь вам, князья, графы, прелаты
За наш край, братской кровью забрызганный

Пушки под Сточком добывала вера 1)
Черными руками от плуга.
Панове в столицах курили сигары
Советовали о братьях за Бугом. 2)

О, честь вам, панове, магнаты…

Ах, вашим был сыном тот мерзкий диктатор
Который изменил и народу и славе 3)
И вождь наш главный, набожный кунктатор (т.е.медлительный, нерешительный человек) 4)
И изменник, продавший Варшаву. 5)

О, честь вам, панове, магнаты…

Но когда пробьет час восстания
Народ магнатам пир приготовит
Адскую музыку попросит играть
А шляхта тогда пусть танцует

О, честь вам, панове, магнаты…

Повстанцы не знают венских трактатов
Не вступают в договоры с царями
Но бьют москалей, вешают магнатов
И мстить умеют виселицами (петлями).

О, честь вам, панове, магнаты…

1) Речь идет о битве у села Сточек (битва под Сточком) 14 февраля 1831 года, которая стала одним из первых военных успехов восставших и символом их побед. Дивизия Юзефа Дверницкого (1000 солдат) в ходе битвы разгромила русскую 2-ю конно-егерскую дивизию Фёдора Гейсмара. Поляки потеряли 27 убитых и 87 раненых, а русские — 400 убитых, 230 пленных и 11 пушек.
Эренберг намекает на то, что значительную роль в этой победе сыграло крестьянское ополчение в составе войск Дверницкого.
2) Хотя считается, что стихотворение Эренберга направлено против аристократического лагеря восстания, однако строчка «советовали о братьях за Бугом», с вероятностью, является одновременно выпадом в адрес левого лагеря восставших, Лелевеля и Патриотического общества – тех, кто поднимал знамя «За вашу и нашу свободу» («братья за Бугом»). То есть мораль сей басни такова – все вы трепались без толку и про… ли все, что можно – в чем, в общем-то, есть доля грустной правды.
3) Имеется в виду генерал Иосиф (Юзеф) Хлопицкий – неудачливый диктатор Ноябрьского восстания, своего рода «местный Трубецкой». А между тем мы помним, что еще во время переговоров Южного и Патриотического общества на Хлопицкого возлагались большие надежды… хотя членом тайных обществ он не был.
4) С вероятностью, князь Адам Чарторыйский – руководитель повстанческого правительства, главный представитель аристократического крыла восстания.
5) Последний военачальник Ноябрьского восстания, граф Ян Круковецкий подписавший 7 сентября 1831 года акт о капитуляции Варшавы перед войском Паскевича. Однако повстанческий сейм не утвердил капитуляцию, предложив другие условия. Круковецкий вышел из членов правительства и, пользуясь тем, что капитуляция не была утверждена, вывел за Вислу 32.000 человек армии, сказав депутатам: «спасайте Варшаву — мое дело спасти армию». Утром 8 сентября войска Российской армии вступили в Варшаву через открытые ворота

***

Наряду с классическим вариантом Эренберга, «приватизированным» коммунистами, в ХХ веке в послевоенные годы появились антикоммунистические переделки.
Вот, например, один из текстов (оооочень злой и не то, чтобы сильно справедливый – но из песни, как говорится, слова не выкинешь): http://www.tekstowo.pl/piosenka,konspiracyjne_wojsko_polskie,o__czesc_wam__panowie.html

Когда народ к бою выступил в Варшаве
То вы в Люблине советовали
Варшава звала: "Умрем или победим"
Вы ППР вы образовали. (т.е. Польскую рабочую партию, партию коммунистов - РД)

О, честь вам, панове из Люблина
За стены столицы разрушенные
О, честь вам за правительство батюшки Сталина
За украденного орла и корону…

Когда погибал за свободу цвет нашей молодежи
Аковцы в лесах сражались
То вы наилучших солдат Отчизны
Изменниками народа назвали.

О, честь вам, красные панове
За ваш над нами присмотр
О, честь вам за свободу и в печати, и в слове
О, честь вам за ваш аппарат безопасности.

Когда Андерс с Германией в Италии воевал
Когда Бур в немецкий плен должен был идти (т.е. Бур-Коморовский, командир АК, после Варшавского восстания – РД)
То Берут у Сталина руки целовал
И страну ему в неволю отдавал.

О, честь вам, панове из Люблина
За нашу неволю, кандалы!
О, честь вам за правительство батюшки Сталина
За край наш братской кровью забрызганный

О честь вам, патриоты горячие
За край наш, за Бугом проданный
Слушайте, как хвалит вас народ там умирающий
Народ, из-за вас вынужденный скитаться

Смерть русским прислужникам и палачам
Пусть погибнет их темное могущество
На борьбу с проклятой красной заразой
К поступку зовет ПОДЗЕМНАЯ ПОЛЬША.

В 1981 году, в эпоху «Солидарности», возникла новая переделка песни Эренберга, на ту же мелодию – «О честь вам, красные магнаты…»

… Когда народ после долгих лет пожелал свободы
Партийные в столице советовали
Когда народ подумал о независимости
Партийные на Москву смотрели…
О честь вам, красные магнаты
За нашу неволю и кандалы
О честь вам, красные убийцы и палачи
За край наш, братской кровью забрызганный
И так далее…

Вот этот вариант:

Comments

( 9 comments — Leave a comment )
odna_zmeia
Mar. 10th, 2015 09:25 pm (UTC)
У меня внезапно два вопроса: _какого_ Гейсмара? Это что, _тот самый_ Гейсмар? Если да, то остается только повторить известное "Бог не фраер"...
№ 2. пара слов о бароне Моренгейме. Это внезапно история из серии "одноклассники.ру". В пору начала своей дипломатической карьеры он служил в русской миссии в Мадриде "в должности канцеляриста". В общем, если верить адрес-календарям, он должен был там находиться, но находился почему-то в Дрездене и, похоже, часто бывал в тамошнем доме Анны Томасовны Крок. Мне сейчас лениво лезть в справку про него, но в те годы (т.е. в конце 1800-х годов) он молодой человек, года 24-25, вполне приятельствует с "наставником юношества" Зейделем и его воспитанниками, братьями Пестелями, и потом, в 1810-1811 годах, когда приезжает в Петербург за новым назначением, часто бывает в их доме. Он сын врача, очень известного акушера, приглашенного императором Павлом на русскую службу, принимал чуть ли не всех детей Марии Федоровны. Оба они, отец и сын Моренгеймы, показались мне очень приличными людьми...
Даже не ожидала, насколько же тесен тот мир...
naiwen
Mar. 11th, 2015 02:32 am (UTC)
Это тот самый Гейсмар и Бог действительно не фраер :) Там в истории Ноябрьского восстания есть еще одна прекрасная история о том, как Гейсмар ОПЯТЬ опередил генерала Рота и, обойдя его, первым взял крепость то ли Модлин, то ли Замостье (забыла - в общем, эти две крепости сопротивлялись самыми последними, уже после взятия Варшавы). И Рот опять скрежетал зубами о том, что Гейсмар его опередил.
Про Моренгейма тоже интересно.
naiwen
Mar. 11th, 2015 02:39 am (UTC)
И да, это как известно не мир тесен, это прослойка тонка :))
При том, что во всей Российской империи хотя бы элементарно грамотных на тот период времени - не более 1% - не так уж удивительно, что среди этого 1% обнаруживаются самые разнообразные пересечения :)
naiwen
Mar. 11th, 2015 03:14 am (UTC)
Да, вот самое главное тебе в этой связи забыла написать (шесть утра, мозги еще слипаются): я сокращала материал для статьи в жж, а в той монографии, откуда я брала инфу про Эренберга, сказано еще, что он всегда с благодарностью вспоминал Моренгейма и говорил о том, что именно Моренгейм способствовал становлению его гражданских и патриотических убеждений.
helce
Mar. 11th, 2015 09:12 am (UTC)
Короленко одним словом охарактеризовал то, что я чувствую, и почему мне никогда не нравился польский гимн. ;) Piesn konfederatow или Duma ukrainna имеют совершенно другое настроение.
naiwen
Mar. 11th, 2015 07:45 pm (UTC)
это ведь совершенно разные песни, зачем же, чтобы все песни были одинаковые.
naiwen
Mar. 12th, 2015 02:53 am (UTC)
про Песнь конфедератов будет, наверное, мой следующий пост. Но Песнь конфедератов никак не могла бы стать государственным гимном просто потому, что в то время этой песни еще не существовало :))
У каждой песни ведь есть свой исторический контекст. Мне вот было бы любопытно выяснить, а какие там еще песни номинировались в конкурсе на государственный гимн, я знаю только про три (соответственно Мазурка Домбровского, Варшавянка 31 года и Рота), а вроде бы было еще две или три, не знаю, какие. Вот Варшавянка 31 года мне действительно больше нравится.
PS Четвертой была "Boże, coś Polskę".

Edited at 2015-03-12 02:58 am (UTC)
byacs
Aug. 21st, 2016 07:47 pm (UTC)
"нас давит товарищи власть капитала" или "Матросен фон Кронштадт"

http://byacs.livejournal.com/256186.html
naiwen
Aug. 22nd, 2016 02:29 am (UTC)
спасибо :)
Да уж, погуляли песни Эренберга :) Но интересно (я потом писала где-то в другом посте, ссылку уже не найду), что Эренберг потом стал почтенным книгоиздателем, он отказался от своих революционных взглядов юности и пытался собрать и сжечь все издания с текстом его песни "Где народ до боя". Но не получилось :) песня жила помимо него.
( 9 comments — Leave a comment )

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com