?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Московские записки (речь идет о том, что император с супругой изволили посетить Москву, вскоре после окончания польской компании)


"Присутствие Царя разливается небесным благословением по древней Столице. Каждый шаг его запечатлевается новыми чертами любви: каждый день вписывается в летописи Москвы эпохою нового счастия. Спешим поделиться нашим блаженством со всеми Русскими. Пусть узнают они, как Царь наш любит свою белокаменную! Москва - сердце России! Искры, падающие в нее, проникают мгновенно во все конца великой Державы!
В Воскресенье, 18-го октября, древняя жизнь градов Русских торжествовала с Царем своим новую славу России. Мятеж, волновавший Польшу, наконец совершенно укрощен. Непокорная дочь возвратилась опять в матернее (так! - РД) лоно, от которого отторгло ее пагубное ослепление! Сердце Монарха предвкушало эту радость: и чем более мог Он изъявить любовь Свою в первопрестольной Москве, как поспешив с нею вместе встретить и приветствовать торжественную минуту совершенного исполнения отеческих надежд Своих? Наша любовь угадала тайну сердца Твоего, чадолюбивый Монарх! Мы чувствуем всю глубину любви Твоей к нам! И в то время, как душа Твоя изливалась пред престолом Всевышняго в благодарственных мольбах об умиротворении царства Твоего - наши сердца сливались в единый молитвенный клик о Тебе, нашем Миротворителе...
В Понедельник, 19-го Октября, Екатерининский Институт удостоился посещения Государя, вместе с Императрицею. Посещение сие было торжеством умилительнейшем нежности. Государыня являлась здесь в первый раз преемницей МАРИИ (то есть старшей вдовствующей императрицы Марии Федоровны, вдовы Павлв I - РД), коей благотворительность, изливавшаяся преимущественно на сие заведение, перешла к Ней по наследству. Во всех действиях Государя изображалось высокое удовольствие, с коим вводить Он новую Мать в новое семейство. "Я хочу быть здесь Вашим Генерал-Адъютантом" - сказал Он Императрице и Сам изволил подать Ей рапорт о благосостоянии Института. Высокие Посетители взошли прежде в церковь, приложились к Св.Кресту, и отправились в залу, где находились воспитанницы и Чиновники заведения, кои были представлены Государыне. Оттуда прошли Они в дортуары; посетили лазарет, и наконец взошли в столовую, где воспитанницы собрались обедать. Императрица села с ними за стол, потребовала обыкновенного черного хлеба и изволила кушать прежде с воспитанницами старшего, а потом младшего возраста, удостоивая всех равной маски истинной Матери. Дети сначала любовались сим очаровательным зрелищем царственной нежности и наконец - заплакали. На вопрос: "от чего эти слезы?" оне отвечали в один голос: "от радости!". Из Екатерининского Института Их Императорские Величества отправились в Александровский, где оказали тоже благоволение и ту же нежную приветливость к детям.
Во Вторник, 20-го октября, Государь и Государыня благоволили осчастливить Своим присутствием бал, данный в доме Благородного Собрания. Судя по времени, публика была довольно многочисленна. Августейшие гости прибыли в девять часов вечера и пробыли около четырех часов. Государь благоволил Сам открыть бал Польским. Государыня изволила принять участие и в других танцах. Ничто не может сравниться с восхищением Московской Публики, при виде благосклонного радушия, с коим Венценосная Чета разделяла ее веселие. По окончании танцев, Государыня изволила ужинать в общей зале и среди всех посетителей, кои по единодушному непритворному восторгу казались счастливою семьею обожаемых родителей.
В Среду, 21-го октября, Их Императорские Величества изволили посещать Воспитательный Дом. Императрица не боялась утомления: Она хотела Сама видеть все в заведении, составлявшем предмет особенных попечений Ея незабвенной Предшественницы.
В Субботу, 24-го октября, Его Императорское Величество благоволил осматривать заведения для призрения сирот, оставшихся после родителей, умерших от холеры. Здесь Государь явил в себе высокий пример необыкновенной снисходительности и трогательнейшей приветливости. История с гордостью и умилением вспоминает о Генрихе IV, не стыдившемся разделять детские заботы своего маленького сына: Русский Царь, окруженный толпою бедных, бесприютных малюток, дозволяет им ласкаться к Нему с детской резвостью, сказывает им благосклонно Свое Высокое имя, выслушивает с отеческою ласкою от одного из них, что его зовут так же и оставляет их с обещанием позаботиться об их детских играх... быть детьми Отца столь нежного и сладко и славно!.."

В этом же номере опубликованы патриотические стихи.


На взятие Замостья (крепость Замостье пала последней, уже после взятия русскими войсками Варшавы, после этого Ноябрьское восстание было окончательно подавлено - РД)

Где вы исчадия коварства?
Где вашей вольности закон?
Среди бунтующего Царства
Орел наш снова водружен.

Измена жертвою позора,
Трепещет Польская страна;
Уж гидра буйства и раздора
Главы последней лишена!

Замостье пало перед нами! -
Не мы виновны, что оно
Своими твердыми стенами
Держалось долго, и одно.

Скупился Цаь лишь кровь безценну;
Щадил Он даже кровь врагов;
Мы грвдью бы сломали стену
И перешли б по трупам ров!

Пускай две доли нашей рати
Легли б, как скошенный тростник
Но треть отмстила бы за братий
И город подняла б на штык!

Державный знает нашу твердость,
Мы Им изведаны давны;
Он пренебрег безумцев гордость
И их посленее гнездо

Он запретил брать штурмом город,
Щадя отечества сынов;
Нужда, раскаяние, голод
Он ждал - уговорят врагов.

И честь Престолу! крепость наша!
Ключи Замостья у Царя;
И ходит круговая чаша
Во славу доброго вождя.

Вождя, с кем труд мы здесь делили,
Кто был нам мужеством в боях,
Кого мы сердцем полюбили
И с кем прощаемся в слезах. (речь идет о генерал-лейтенанте Кайсарове, командовавшим штурмом Замостья и переведенным командиром в другую часть - РД)

Автор некто Я.Папкович. 22-го октября 1831 года.

(А вы говорите - Пушкин, "Клеветникам России". Вот как надо патриотические стихи-то писать! Какие рифмы, "давно-гнездо", "боях-слезах", "Царя-вождя", ммм...)

Comments

( 6 comments — Leave a comment )
observarius
Aug. 8th, 2015 06:56 pm (UTC)
Не стало Дельвига, Головнина.. даже Клаузевица.

Пушкин как раз венчался.
naiwen
Aug. 8th, 2015 07:53 pm (UTC)
Ну уж поэтами-то русская земля не оскудела еще :)
можно было бы найти что-нибудь поприличнее, чем Я.Папкович (не знаю, кто такой - с вероятностью псевдоним).
observarius
Aug. 8th, 2015 08:00 pm (UTC)
Тогда или сейчас?

Кстати, Паскевич о те года тоже отличился... но это не Папкович :)
naiwen
Aug. 8th, 2015 08:04 pm (UTC)
Тогда.
Паскевич отличился на другом поприще :)
nutuzh
Aug. 8th, 2015 08:53 pm (UTC)
Смех смехом, но Папкович, возможно сам того не желая, признал героизм защитников Замостья:

Замостье пало перед нами! -
Не мы виновны, что оно
Своими твердыми стенами
Держалось долго, и одно.
naiwen
Aug. 9th, 2015 05:31 am (UTC)
А это в принципе нормально для того времени. То есть патриотический угар, с одной стороны, не мешал воздавать должное военной доблести противника, с другой стороны; расчеловечивания и демонизации противника, как в наши дни, не происходит. Ну и тут несколько факторов. С одной стороны практически все в русском обществе, даже люди в целом "оппозиционных" убеждений (ну там Чаадаев, например, многие из декабристов) аплодируют победам русского оружия против "коварного ляха". С другой стороны, кое-кто уже смутно понимает, что тут приосходит что-то не то: с кем мы сражаемся-то? с вражеским государством или со своим собственным народом? Вот Вяземский, позиция которого в те дни тоже была противоречива, очень точно написал: "Вы так уже сбились с пахвей в своем патриотическом восторге, что не знаете, на чем решиться: то у вас Варшава неприятельский город, то наш посад".
Вот видно, что Папкович, в общем, кропал свои дурные виршики с позиции "ух как мы лихо победили неприятельский город". С такой позиции вполне можно воздать должное военной доблести противника - тем ценнее победа русского оружия. А вот победить собственный народ - это уже что-то другое, гадкое и постыдное, от этой мысли пытаются отстраняться.
Ну и еще такой момент, Ноябрьское восстание - это в основном "правильная" военная компания (ну то есть на Литве и Украине есть партизанское движение, есть всякие городские волнения в Варшаве, но основной фон событий - это именно две регулярные армии друг против друга). В войнах того времени, разумеется - как в любой войне - хватало бардака и жестокости, но все-таки в то время воевали по определенным правилам (в отношении пленных, гражданского населения), и обе стороны это В ОБЩЕМ соблюдают (Паскевич - хоть и ни разу не либерал и сторонник жесткой руки - взяв Варшаву, не устраивает там резню, а наоборот, открывает коридор, давая уйти всем желающим, уходящих эмигрантов никто не трогает; никто не желает здесь повторения резни, случившейся в Праге в 1794 году).
Во время следующего восстания, в 1863-64 годах, обстановка будет совершенно другая (хотя, казалось бы, власти Александра II в целом гораздо либеральнее николаевских властей - но там патриотический угар будет сочетаться с откровенной жестокостью, причем с обеих сторон: это сожженные деревни, это партизанская война, это подполье, это террористические акты, это взаимное озлобление - в общем, там уже все совершенно по-другому, стороны начинают демонизировать друг друга, в красках живописуя распоротые животы, распятых мальчиков и подобное).
( 6 comments — Leave a comment )

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com