Raisa D. (Naiwen) (naiwen) wrote,
Raisa D. (Naiwen)
naiwen

Categories:

Михей Шутов, Руфин Пиотровский и кусочек паззла...

неожиданно выпал на меня любопытный кусочек паззла. Помните, в Черниговском полку был такой фельдфебель Михей Шутов, который как раз стоял на карауле, когда случилось все происшествие с Гебелем?
Его, между прочим, как раз должны были произвести в офицеры - то есть он практически выслужил дворянство по Табели о рангах, и тут вот такое случилось. Ну и получил он свои 12 тысяч шпицрутенов. Аналогично, как и Федор Анойченко - но только Шутов по крайней мере хотя бы реально участвовал в восстании (в отличие от рядового Саратовского пехотного полка Федора Анойченко, который был виновен фактически только в том, что ему сразу два его любимых бывших командира давали деньги на водку).

И что характерно, оба выжили. Как может выжить человек после 12 тысяч шпицрутенов - не постигаю :( (даже с учетом того, что в таких случаях экзекуцию растягивали не на один раз). Вот во время Омского дела насмерть забили шестерых человек, получивших от 3 до 6 тысяч ударов - но там почти все, кроме одного погибшего солдата, были бывшие дворяне, хоть и мелкие - прямо начинаешь думать - что, наверное, шкура более тонкая.

А, собственно, к чему я начала это рассказывать?
Вот здесь говорится о том, что оба - и Михей Шутов, и Федор Анойченко - отбывали каторжные работы в Петровском заводе. Инфа про то, что Анойченко погиб в Петровском заводе, мне уже попадалось. С другой стороны, мы знаем, что солдат-декабристов не оставили в Петровском заводе, когда туда перевели "государственных преступников" - власти категорически не хотели и боялись этих контактов, чтобы солдаты подвергались "дурному влиянию" своих бывших командиров и других заговорщиков. Возможно, Анойченко погиб там при обвале еще до того, как туда перевели декабристов.
А про Шутова по указанной ссылке говорится вот что:
"ШУТОВ Михей Васильевич (1786 — 6.1.1862), солдат-декабрист. Фельдфебель 5-й мушкетерской роты 2-го батальона Черниговского полка. Участник Отеч. войны 1812. Награжден медалью «В память Отеч. войны 1812 г.». В период восстания Черниговского полка (29.12.1825—3.1.1826) руководил освобождением из-под стражи С. И. Муравьева-Апостола и 1-м во гл. 1-й гренадерской и части 5-й мушкетерской рот вступил в г. Васильков. При подавлении восстания арестован, приговорен к расстрелу, замененному к прогону через 12 тыс. шпицрутенов и пожизненной ссылкой на каторжные работы. Отбывал каторгу и оставлен на поселении в Петровском з-де.
Похоронен в сев. части заводского кладбища, в стороне от дворянских могил. Могила утеряна. Имя Шутова увековечено на памятной стеле, посвященной декабристскому некрополю".

Вот тут непонятно. Если солдат-декабристов из Петровского завода переводили, то каким образом Шутов был оставлен на поселении в Петровском заводе?

Дело в том, что сегодня я читала мемуары польского ссыльного Руфина Пиотровского. Сами по себе это очень интересные мемуары - Пиотровский, оказавшийся в Западной Сибири на каторге около 1844 года - один из немногих политических ссыльных николаевской эпохи, которому удался успешный побег из Сибири. У него была бурная биография: участник Ноябрьского восстания, потом политэмигрант во Франции, он отправился добровольно эмиссаром в Российскую империю, на Подолию, чтобы вести там подпольную агитацию в пользу очередного будущего восстания. Ну и последовал провал - его выдали свои же, среди которых он пытался агитировать и разговаривать, после чего последовал, соответственно, военный суд и Сибирь. Он там интересно вспоминает, в том числе о своей встрече с декабристами во время проезда через Ялуторовск. Пробыв пару лет в Сибири, он ухитрился бежать - причем отличительными особенностями его побега было то, что во-первых он действует совершенно в одиночку (это, как он объясняет неоднократно в своих мемуарах, была его принципиальная позиция - он не хотел больше в случае провала подставлять кого-либо). Как известно, все попытки групповых побегов и восстаний проваливались с треском и во всех таких групповых историях обязательно фигурирует доносчик и/или провокатор. А этот бежит один - и второе, что необычно: он бежит не на юг и не на восток (не в сторону Китая или Средней Азии) - а выходит на север и идет северными тропами через Уральские горы до Архангельска, затем добирается до Петербурга, оттуда нелегально на судне переплывает в Ригу и, наконец, перебегает границу и оказывается в Пруссии. Там еще много у него приключений. При этом он ночует прямо в снегу, питается замерзшими кусками хлеба и большую часть дороги вообще не показывается никому на глаза. В тех же случаях, когда приходится все-таки сталкиваться с людьми, то выдает себя за сибирского крестьянина, обзаведясь соответствующей одеждой и париком. Он пристает к группам богомольцев, отправляющихся на Соловки, присоединяется к ямщицкому обозу и отрабатывает вместе с ямщиками своей кусок хлеба - и что интересно, на протяжении нескольких месяцев (как он рассказывает, его путь занял около полугода) его никто не заподозрил: его не выдал ни акцент, ни манера речи, ни вообще манеры. Более того, когда он оказывается в Пруссии, то с помощью небольшой смены одежды перевоплощается и выдает себя за местного крестьянина-немца, а потом, столкнувшись с сотрудником французского посольства, выдает себя за природного француза - и тот подтверждает, что да, он говорит, как природный француз без акцента. Ну нифига же себе у человека не только способности к языкам, но и актерский талант и мастерство перевоплощения! В общем, ему удалось успешно сбежать и свои мемуары он пишет уже опять из Франции (а изданы в русском переводе к герценовской типографии, кстати).

И вот, возвращаясь к началу этого поста: дело в том, что Пиотровский пишет о том, что встретился с Шутовым в Сибири, какое-то время они вместе отбывали каторжные работы. Но отнюдь не в Петровском заводе, а в Екатерининском винокуренном заводе (в Западной Сибири неподалеку от Омска). Пиотровский совершенно точно указывает, что это был "бывший унтер-офицер Черниговского полка, восставшего под руководством полковника Муравьева-Апостола" и указывает фамилию - Шутов. И что этот Шутов ему на заводе первоначально очень помогал и сочувствовал (он вообще с большой симпатией пишет о ссыльных в Сибири, как политических, так и уголовных и вообще о местных сибиряках, и вообще мемуарист - очень добрый человек, хотя и несколько занудный и дотошный).
Виктория Сливовская в своей монографии "Побеги из Сибири" анализирует "образцовый побег Руфина Пиотровского" и, разбирая детали и ссылаясь на документы, приходит к выводу о том, что история этого невероятного побега действительно правдива (потому что были попытки подвергнуть такую невероятную историю сомнениям). И в целом указывает на то, что Пиотровский - очень точный мемуарист во многих мелких деталях. Так что можно предположить, что он не перепутал имя Шутова. Дело происходит около 1844 года - то есть к этому времени злополучный Шутов находился на каторге уже почти 20 лет.

В таком случае действительно ли Шутов был в Петровском заводе? Или, быть может, его перевели с Петровского завода в Западную Сибирь перед тем, как туда переводили декабристов - а уже годы спустя он действительно вышел на поселение и был определен снова в Петровский завод тогда, когда там декабристов уже не было? (но, впрочем, Горбачевский там ведь в любом случае был - может быть, к тому времени это уже не имело большого значения). Поскольку могила "затерялась", можно строить разные предположения насчет того, что и где перепутано.
Tags: декабристы, между 1820-ми и 1860-ми
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments