?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В Тулузе, в мемориале памяти героев Сопротивления, я сфотографировала вот такую мемориальную доску.

DSC05219.JPG

"Здесь покоится прах участников Сопротивления - мужчин, женщин и детей, расстрелянных и сожженных в августе 1944 года в Бюзе-сюр-Тарн"

Вернувшись домой и разбирая фотографии, я попыталась узнать больше об этой трагедии.
Поселок (коммуна) Бюзе-сюр-Тарн в департаменте Верхняя Гаронна, неподалеку от Тулузы. По состоянию на начало войны здесь было примерно 800 жителей. Трагедия развернулась здесь в июле-августе 1944 года, когда после высадки союзных войск в Нормандии движение Сопротивления объявило о начале всеобщего вооруженного восстания против захватчиков. В ответ немцы, уже понимавшие, что земля горит у них под ногами, начали усиливать карательные акции против местного населения...


… 2 июля 1944 года на въезде в лес возле поселка Бюзе появился некто Джино Грацция и здесь он встретил местного лесничего Гастона Равари, который жил в охотничьем домике при замке де ля Пальмоля. Молодой (22 года), одетый в черную кожаную куртку, со шрамом на лице, Грацция объявил, что он был узником в Германии, откуда ему удалось бежать, и теперь он ищет укрытия. С собой у него было ружье и Лотарингский крест – символ движения Сопротивления. При встрече присутствовал еще один житель Бюзе – Жан Беназе, агроном. Равари и Беназе решили помочь Грацция и проводили его к семейству Порта, на ферму Борд-бас. Там Грацция провел одну ночь в постели, которую ему любезно уступила дочь семьи Порта, встретился еще с несколькими местными жителями, после чего в середине следующего дня испарился.



Джино Грацция, "черный лис", 22 года, механик, агент гестапо

Грацция лгал. Он не был подпольщиком. В реальности это был сотрудник, агент гестапо, которому было дано задание собрать в поселке информацию об участниках Сопротивления и сочувствующих, о спрятанном оружии и других тайнах. У него была кличка «черный лис», за его хитрость и привычку носить черную одежду. В Бюзе он приехал по анонимному доносу, и теперь, после встречи с жителями, он знал достаточно для того, чтобы считать помогавших ему Равари, Беназе, семейство Порта и других врагами нацистов. После стремительного исчезновения Грацция, Жан Порта засомневался, действительно ли он был участником Сопротивления, сбежавшим из лагеря в Германии, а вслед за ним и другие. Сомнения привели их на местный вокзал: Грацция их уверял, что ему нужно успеть на поезд в Тулузу – но на вокзале они уже никого не обнаружили.

Два дня спустя, в ночь с 5 на 6 июля, в Бюзе нагрянуло гестапо под предводительством «черного лиса». Они появились в сопровождении частей дивизии СС «Das Reich». Эта дивизия успела отметиться на восточном фронте, где уничтожила около 20 тысяч гражданских лиц в Харькове – и затем уже здесь, во Франции, они успели в июне повесить 99 человек в поселке Тюль и уничтожить поселок Орадур-сюр-Глан вместе с 642 жителями. Вот эти люди теперь приехали «умиротворять» Бюзе.

В том анонимном доносе, который первоначально привлек в Бюзе «черного лиса», некоторые обвинения касались непосредственно мэра городка, которого обвиняли в том, что он выдавал фальшивые документы участникам Сопротивления. В три часа ночи начались облавы: первыми были арестованы мэр Эмиль Массьо, его сын Адольф – также обвиненный в участии в Сопротивлении (впрочем, не напрасно – он в нем действительно участвовал). Затем схватили Гастона Равари, Жана Беназе, к шести утра схватили семейство Порта: отца Антуана и двух его сыновей, Жана и Жозефа, их соседей и многих других (некоторые из них действительно были участниками Сопротивления, другие – случайными людьми).

Затем нацисты начали расправу. На ферме Порта в Борд-бас было обнаружено оружие. Двух сыновей Порта пытали на глазах у их жен, а старику отцу Порта выкололи глаза. Окровавленных, их троих поставили к стене и расстреляли на глазах оставшейся семьи, затем вырвали новорожденного младенца из рук матери и убили тоже. Женщин пощадили. Им дали десять минут, чтобы собрать свои вещи и убежать к соседям, после чего немцы разграбили все, что нашли на ферме и подожгли здания. Тела мужчин семьи Порта оставались лежать непогребенными в течение нескольких дней – нацисты запрещали их похоронить.



Семья Порта. Указан возраст членов семьи.




Здание фермы семьи Порта, Борд-бас, до экзекуции и после экзекуции

Часть арестованных жителей была отведена в Тулузу в тюрьму Сен-Мишель (откуда некоторым удалось сбежать), другие были казнены после полудня 6 июля во дворе имения де ля Пальмоля. Их поставили в ряд и избивали несколько часов под палящим солнцем и затем, наконец, около 17.30 вечера расстреляли. В течение четырех дней тела оставались лежать во дворе – среди них были опознаны мэр Массьо и его сын, Равари и другие. Тело Беназе было впоследствии обнаружено в отдалении – он был убит при попытке бегства. Одному жителю по имени Эскоффр все-таки удалось сбежать и спрятаться. Позднее он выступит свидетелем. И, наконец, совершив этот расстрел, нацисты привели к месту казни мадам Равари, чтобы она засвидетельствовала, что ее муж… «убит террористами»!



Замок (имение) де ля Пальмоля, во дворе которого происходили расстрелы





После этого убийства палачи вернулись в собственно замок, чтобы там поесть и разобрать вещи, которые они украли у своих жертв. Около полуночи некоторые из них решили отправиться на ферму Вьес – соседнюю с бывшей фермой Порта. Отец семейства, Гастон Роллан, попытался сопротивляться и защитить семью, но его застрелили из револьвера. На глазах деда и троих детей эсесовцы пытали, изнасиловали и застрелили Викторию Роллан, жену фермера. Затем, среди агонизирующих тел, они ели, пили, забрали с фермы 5000 франков, 20 полотенец, с десяток домашних колбас и другие припасы.



Но на этом убийства в поселке не закончились. В середине июля партизаны-маки из соседнего отряда захватили в плен двух немецких офицеров. Они вышли на связь с гестапо и предложили вступить в переговоры для обмена пленников на арестованных участников Сопротивления. Это была ошибка: условленная встреча имела трагические для маки последствия. Немцы привезли троих арестованных заложников в разрушенную бывшую ферму Порта – и в этих апокалиптических декорациях расстреляли их 15 июля. Тела были сожжены и найдены только неделю спустя, практически неузнаваемые. 20 июля на окраине леса Бюзе расстреляли еще одного пойманного партизана.

Наконец, 20 августа в Бюзе привели 54 узников из тюрьмы Сен-Мишель в Тулузе. Их заперли в бывшем домике лесничего Равари, и там по одному расстреляли. Снаружи другая группа нацистов разложила костры и занималась сожжением тел. Чтобы заглушить крики казненных, солдатам было приказано орать песни во все горло.
В найденном позднее отчете жандармерии говорилось, что «костры горели весь день и всю ночь, поскольку солдаты постоянно подливали бензин. На следующий день остались лишь одни кости». Только 18 жертв из 54 были впоследствии установлены: в основном казненные не имели никакого отношения к Бюзе, это были участники Сопротивления, привезенные из разных мест – испанские беженцы, жители Эльзаса и др. Остальных никогда не удалось опознать. На следующий день, 18 августа, жители Бюзе собрали кости и похоронили их в трех гробах на местном кладбище. На хранение в мэрию Бюзе были сданы останки и вещи, найденные у некоторых жертв: золотые зубы, ювелирные украшения и др. Эти предметы хранятся в памятной коробке до сих пор.

Жители Бюзе впоследствии вспоминали, что на том месте, где был круг огня – трава потом не росла в течение более двадцати лет.

… А еще на следующий день, 19 августа, Тулуза была освобождена. Месяц спустя был арестован «черный лис»: он был доставлен в Бюзе и выставлен на публичное поругание, и жители плевали ему в лицо. 29 января 1945 года в Тулузе состоялся суд, на котором Джино Грацция присутствовал в немецкой военной форме и во время процесса избрал типичную линию защиты: «это была война, я должен был повиноваться приказам». Он стоял под усиленной охраной, так как за барьером стояли вдовы убитых жителей Бюзе и они готовы были своими руками, не дожидаясь приговора суда, растерзать обвиняемого, и Грацция им сообщил – мол, что же вы осуждаете меня, а где же изменник в ваших рядах? Я приехал в Бюзе по доносу вашего жителя! На вопрос председателя суда, почему он носит такое прозвище, Грацция небрежно ответил: «глупый романтизм журналиста». Он был обвинен в шпионаже, личном убийстве десяти человек и пособничестве в еще нескольких убийствах и за все эти услуги ему, как было установлено, была выплачена сумма в 4500 франков. Его осудили на смерть. Как писала пресса в то время, «толпа аплодировала», услышав приговор, а Грацция «бросал в зал презрительные взгляды». Он был казнен 17 февраля 1945 года.



Памятник жертвам в Бюзе и ниже отдельные мемориальные доски в память о тех, кого удалось опознать



"Нашему брату Франсиско Понзанвидаль, политическому изгнаннику из Испании, великому участнику Сопротивления, умершему за Францию 17 августа 1944 года в возрасте 33 лет"



"Рене Петер, расстрелянный и сожженный 17 августа 1944 года в возрасте 18 лет"



"Рене Рожер, расстрелянный и сожженный 17 августа 1944 года в возрасте 23 лет"



"Моему дедушке, моему отцу Жану Делаттр, расстрелянному и сожженному нацистами в Бюзе 17 августа 1944 года



"Нашему дорогому погибшему Роже Риго, вечная память



Коронки, кольца, украшения, найденные у расстрелянных и сохраненные в мэрии Бюзе

… Новым мэром Бюзе в сентябре 1944 года стал учитель истории местного коллежа. 19 ноября 1944 года в лесу возле Бюзе был открыт памятник погибшим (его сначала поставили на точно установленном месте одного из расстрелов, но впоследствии семейство Бессон, владельцы этого куска земли, потребовали переноса памятника на другое место!). Пресса писала, что в этот день при открытии памятника честь мученикам Бюзе воздали ответственные лица возрожденной Республики, деятели Сопротивления, «а также школьники с цветами и, наконец, семьи убитых, среди которых супруги, матери и сестры, в траурных одеждах…»



Вдовы погибших на церемонии открытия первого памятника

В торжественной речи, которую произнес новый мэр, говорилось: «Варвары бежали, оставляя за собой руины и потери. Эти руины восстанут, как восстанет из мертвых целая Франция, время успокоит слезы – но никогда не сотрется память о тех, кто сознательно и добровольно, храбро встретил смерть, кто оказался сильнее смерти. Они умерли, чтобы Франция, освобожденная и уверенная в своей судьбе, жила в мире, в котором воцарится настоящий мир, рожденный из крови и из страдания мертвых…»

… 1939-1945. Вечная память. Никогда больше.
PS. Напомню, что Франция отмечает День победы сегодня.

Comments

( 13 comments — Leave a comment )
veila_zlata
May. 8th, 2017 05:09 pm (UTC)
сколько же боли в этой войне...
_nion_
May. 8th, 2017 05:13 pm (UTC)
Господи, какой кошмар...
Никогда больше!
naiwen
May. 8th, 2017 05:15 pm (UTC)
...
aini_svetlja4ok
May. 8th, 2017 05:21 pm (UTC)
И все-таки это неправильно - так и не узнать, кто написал донос. Даже если это сделали сами нацисты ради повода (тогда тем более следовало узнать). Жить-то пусть доживают, если совесть позволяет и убитые младенцы ночами не снятся. Действительно, они так и остались неизвестными или тоже получили по заслугам? Понятно, что они могли не представлять, что это закончится настолько кошмарно, но должны же быть хоть какие-то мозги кроме жажды расправиться с конкретным нелюбимым соотечественником. Никогда больше - именно чтобы никогда больше никто ничего такого не вздумал никуда ни на кого написать тоже, если вдруг что-то подобное вроде такой оккупации все же где-то случится.
naiwen
May. 8th, 2017 05:24 pm (UTC)
насколько я понимаю, имя доносчика так и не узнали. Да и как бы его могли узнать?
А доносы... в сталинские времена сколько у нас писали доносов. И что потом случилось с доносчиками? Кто-то сам потом стал жертвой сталинских репрессий, кто-то погиб на войне. А кто-то спокойно прожил всю жизнь в окружении детей и внуков и никто никогда не узнал. Я уже писала как-то, ведь никто же не пишет о своих родных: "моя бабушка была доносчицей, по ее доносу посадили/расстреляли столько-то человек...".
mootoo
May. 8th, 2017 05:59 pm (UTC)
так выяснили кто анонимщик ?
naiwen
May. 8th, 2017 06:00 pm (UTC)
Как я понимаю, нет. Я выше Айни уже ответила.
nina_tian
May. 8th, 2017 06:51 pm (UTC)
А почему боль - чужая? Разве она не вызывает сопереживание?
naiwen
May. 8th, 2017 06:56 pm (UTC)
а это ведь у кого как.
Я Индрае в предыдущем посте, про Жана Мулена, отвечала на этот вопрос - почему я эти истории записываю и выкладываю.
naiwen
May. 8th, 2017 07:11 pm (UTC)
http://naiwen.livejournal.com/1619182.html?thread=20609518#t20609518
вот тут, собственно.
поэтому заголовок имеет оттенок легкого вызова.
nina_tian
May. 8th, 2017 07:21 pm (UTC)
Тогда понятно. Для меня это с детства страшная общая трагедия. Больше никогда.
naiwen
May. 8th, 2017 07:22 pm (UTC)
Для меня тоже. Я всегда это и воспринимала именно как общую трагедию. Но реально: у нас мало знают, а чаще и не хотят знать о том, что и как происходило в других местах.
PS Но я таких подробностей тоже не знала. Вот только что прочла.

Edited at 2017-05-08 07:23 pm (UTC)
nina_tian
May. 8th, 2017 07:49 pm (UTC)
Я всегда с интересом читаю тебя о европейском Сопротивлении, так конечно, трудно знать про всё.
( 13 comments — Leave a comment )

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com