Raisa D. (Naiwen) (naiwen) wrote,
Raisa D. (Naiwen)
naiwen

Categories:

История движения Сопротивления во Франции. Часть 3. Историческая справка для игры "Свободная зона"

Окончание.
Начало см.:
https://naiwen.livejournal.com/1730060.html часть 1
https://naiwen.livejournal.com/1730415.html часть 2

В 1943-1944 годах в центре дискуссий Сопротивления оказалась проблема дальнейшей вооруженной борьбы и национального восстания. Активность коммунистов и находящегося под влиянием ФКП Национального фронта постепенно приводила к тому, что участники Сопротивления больше не хотели «пребывать в бесплодном ожидании гипотетической высадки союзников», а склонялись к немедленной вооруженной борьбе. На позицию участников Сопротивления повлияли также события 1943 года в Италии и на Корсике, доказавшие возможность массовой партизанской борьбы и вооруженного восстания. После свержения Муссолини и освобождения Корсики многие организации Сопротивления начали осуждать тактику выжидания. «Теперь нет места аттантизму. Нет места колебаниям», - заявила «Комба» осенью 1943 года. «Друзья «Либерасьон», ваш час пробил! – писала «Либерасьон-Сюд» в октябре 1943 года. – Вы не удовольствуетесь словами и пустыми фразами. Не дожидаясь какого-то «дня икс», вы вступите в борьбу». Руководство МЮР в листовке от 11 ноября 1943 года предложило французам организовать забастовки и демонстрации, чтобы доказать «свою непоколебимую волю не ждать пассивно освобождения от союзников, но вносить свой вклад в войну немедленно и постоянно вплоть до победы».



На переломе 1943-1944 годов почти все участники Сопротивления признавали необходимость национального восстания, хотя понимали его по-разному. Де Голль имел в виду «национальное восстание, которое ставит своей целью в нужный момент оказать союзным армиям очень важную помощь». Его сторонники считали, что восстание должно начаться по приказу ФКНО в момент высадки союзников во Франции, чтобы ликвидировать вишистский режим, захватить государственную власть и не допустить к власти коммунистов. Утверждая, что нецелесообразно «преждевременно растрачивать силы» нападениями на оккупантов, они собирались действовать лишь при появлении союзных войск. В свою очередь коммунисты и примыкающие к ним организации выступали против «ложной концепции, которая исходит из того, что национальное восстание возникнет в один прекрасный день по приказу каких-то комитетов и что следует спокойно ждать этого дня, ничего не делая, под предлогом сохранения своих сил». Анализируя корсиканский опыт, Компартия писала, что национальное восстание «может развернуться при высадке союзников, но может также возникнуть и без высадки, как это показало национальное восстание, которое бушевало на Корсике». Под влиянием Компартии эту концепцию приняли многие местные организации Сопротивления, в частности Парижский комитет освобождения, который заявил в своем обращении: «Не ожидайте только помощи извне. Никогда не забывайте, что свободу и независимость надо заслужить и завоевать».
Сближение тактических и программных установок различных патриотических организаций, их объединение под эгидой Национального Совета Сопротивления создали условия для разработки общей программы французского Сопротивления. В конце 1943 года на рассмотрение бюро НСС было представлено три проекта программы: проект Национального фронта, проект Всеобщей конфедерации труда и проект Социалистической партии. В проект Национального фронта говорилось, что «французы не могут больше ограничиваться пассивным сопротивлением в ожидании помощи извне» и должны «своими действиями подготовить условия для национального восстания», которое (как доказывает пример югославских патриотов и наших доблестных братьев на Корсике) не обязательно должно быть обусловлено высадкой союзников». В проекте рекомендовалось создавать «повсюду – в масштабе департамента, города, квартала, деревни – патриотические комитеты», которые станут центрами освободительной борьбы на местах. Они будут организовывать саботаж, «способствовать созданию вооруженных отрядов патриотов: групп добровольцев, франтиреров и партизан, в особенности среди лиц, уклоняющихся от депортации; организовывать на предприятиях, в городах и в деревне Патриотическую милицию». В марте 1944 года проект Национального фронта (так называемая «Хартия Сопротивления») с небольшими изменениями был принят большинством голосов в Национальном Совете Сопротивления. Вместе с тем в текст программы был внесен пункт, что все боевые действия должны проходить только под контролем ФКНО. Программа призывала Англию и США развернуть «военные операции большого масштаба, которые возможно быстрее обеспечат освобождение захваченных территорий» и заявляла, что действия сюзников могут быть «ускорены благодаря помощи, оказанной французами в борьбе против общего врага».

В 1944 году режим Виши стремительно терял популярность, а движение Сопротивления росло и ширилось. Нелегальная печать распространялась по стране шире, чем официальная вишистская пресса. Общий тираж подпольных изданий достиг 2 млн.экземпляров. Участники Сопротивления издавали около сотни центральных газет и 400-500 местных изданий. Тактика аттантизма перестала пользоваться популярностью среди организаций Сопротивления. Характеризуя настроения на местах, представитель ФКНО писал в Лондон весной 1944 года: «Больше не верят в национальное восстание, приуроченное к «дню икс». Верят в немедленные широкие действия».
Усилилась вооруженная борьба и число диверсий. К лету 1944 года главным фактором, сдерживавшим дальнейшее развитие партизанской борьбы, стал недостаток оружия. По свидетельству де Голля, «фактически контингенты бойцов внутренних сил находились в прямой зависимости от вооружения, которое им давали». Поскольку монополия на поставку оружия находилась в руках Англии и руководства ФКНО, они могли, задерживая вооружение коммунистических партизанских отрядов, создавать благоприятные условия для увеличения численности и влияния лояльных им группировок. Даже в том случае, когда оружие попадало во Францию, оно нередко оставалось без употребления. Отряды «Тайной армии», получив оружие, хранили его на тайных складах, попадавших порой в руки полиции или гестапо. Такая практика вызывала возмущение многих участников Сопротивления, и не только коммунистов. «Тот факт, что «Тайная армия» хранит взрывчатку, не используя ее, и что из-за этого нельзя было осуществить очень важные диверсии, вызывает вполне законное негодование, особенно в низах», - докладывал представитель де Голля Бенжан в Лондон. В марте 1944 года секретарь ФКП Ж.Дюкло в статье в подпольной «Юманите» заявил: «Именно из страха перед народом некоторые элементы, роль которых должна быть выяснена, предпочитают, чтобы тонны оружия попали в руки врага, вместо того, чтобы раздать это оружие ФТП, которые борются за освобождение родины».
В 1944 году начался быстрый рост вооруженных лагерей маки. Обычно лагеря макизаров располагались в наиболее приспособленных для партизанской войны горных и лесистых местностях. Крупным очагом маки были альпийские районы, среди них наиболее известны лагеря на плоскогорье Глиер в Савойе и на плоскогорье Веркор недалеко от Гренобля. Другие партизанские лагеря возникли в Пиренеях, в Центральном массиве и др. В ряде районов, например в Бретани, макизары не создавали крупных постоянных лагерей, а действовали мелкими подвижными группами.

0_1b4b32_d1d92a8b_L.jpg

Форма французских партизан-маки. Современное фото из Музея Сопротивления в Тулузе

Иногда лагеря макизаров основывались организациями Сопротивления, но нередко возникали стихийно и лишь впоследствии примыкали к какой-либо организации. Среди макизаров встречались люди различных национальностей, социального происхождения, политических и религиозных взглядов. В районах наибольшего распространения лагерей маки администрация Виши фактически утратила контроль над населением. Макизары нередко действовали там как параллельная власть: собирали налоги и пожертвования, устанавливали цены, следили за поддержанием порядка, за снабжением населения мукой и продуктами первой необходимости, налагали штрафы на коллаборационистов. В деревнях крестьяне и молодежь собирали деньги и продукты для макизаров. Со своей стороны макизары помогали крестьянам в полевых работах.
Постепенно лагеря макизаров структурировались и начинали тяготеть к одной из главных военных организаций Сопротивления: ФТП или «Тайной армии». При этом макизары различных лагерей обычно чувствовали себя солидарными друг с другом в борьбе против оккупантов и Виши. Тактика макизаров разных группировок отличалась друг от друга. Макизары ФТП действовали мелкими подвижными группами, беспрерывно атаковали противника и быстро исчезали, часто меняли свое месторасположение. Макизары «Тайной армии», продолжая поддерживать политику аттантизма, обычно создавали крупные стационарные лагеря, где тренировались к предстоящим боям. Иногда макизары таких лагерей выражали протест против «бессмысленного ожидания» и даже присоединялись к отрядам ФТП. Однако аттантистская тактика поддерживалась службами ФКНО. Плохо представляя условия партизанской борьбы на местах, офицеры де Голля разработали план создания нескольких постоянных базовых лагерей маки, которые в момент высадки союзников превратятся в укрепленные районы и центры мобилизации местного населения. Однако на практике оказалось, что огромное техническое и численное превосходство регулярной немецкой армии делало невозможным эффективную оборону стационарных лагерей. В марте 1944 года был разбит крупный стационарный партизанский лагерь на проскогорье Глиер, в горах Савойи, а в июле 1944 года (уже после высадки союзников) потерпела трагическое поражение «партизанская республика» на плато Веркор в Альпах (см.подробнее http://naiwen.livejournal.com/1638139.html и далее по ссылкам)

4897420_7_11e9_jeunes-resistants-formes-au-maniement-des_0cee1d34ce7d17c4f5eae63a51c8e824.jpg

Партизанская республика Веркор. Тренировка молодых бойцов. Историческое фото, 1944 год

В 1944 году окончательно сложилась система руководящих органов внутреннего Сопротивления. Ее центром являлся Национальный Совет Сопротивления, фактически превратившийся в своеобразное нелегальное правительство. Национальный Совет имел в своем распоряжении вооруженные силы, финансовые средства, нелегальную печать. Он опирался на сеть подпольных организаций, покрывавших всю Францию и пользовавшихся поддержкой населения, руководил работой специализированных комитетов и комиссий. Опорой Национального Совета Сопротивления на местах служили районные и департаментские комитеты освобождения. К моменту высадки союзников во Франции они существовали почти во всех департаментах и в крупнейших городах.
В начале 1944 года главные военные организации Сопротивления: ФТП и «Тайная армия» – объединились в единые Французские внутренние силы (ФФИ). При этом организации, вступившие в состав ФФИ, сохраняли свою политическую и организационную самостоятельность, но подчинялись директивам единой организации, которая получила наименование Комитета военных действий (КОМАК). В состав КОМАК вошли представители нескольких группировок Сопротивления, в том числе Национального фронта. Председателем КОМАК и его «докладчиком» в Национальном совете Сопротивления стал генеральный секретарь Национального фронта коммунист П.Вийон.

FFI_voiture.jpg

Грузовик Французских внутренних сил (ФФИ)

С приближением срока высадки союзников все большую актуальность приобретал вопрос о том, кто будет управлять освобожденной Францией. Правительства Англии и США опасались передавать управление страной в руки ФКНО и тем более в руки движения Сопротивления. Наилучшим выходом они считали применение уже использовавшейся ими в Италии системы Союзного военного правительства на оккупированных территориях. На конференции в Москве в октябре 1943 года представители Англии и США внесли на обсуждение «Основную схему управления освобожденной Францией», в которой говорилось, что власть в освобожденных районах должна осуществляться верховным союзным главнокомандующим при помощи назначенной им гражданской администрации. Весной 1944 года Рузвельт и Черчилль предоставили главнокомандующему силами вторжения генералу Эйзенхауэру право решать вопрос «где, когда и как гражданская администрация во Франции будет осуществляться французскими гражданами». В свою очередь Эйзенхауэр обещал де Голлю сотрудничать с ФКНО, но его обещания не давали никаких гарантий. Сознавая опасность, де Голль принял меры для максимально быстрого овладения властью в освобожденной Франции. 10 января 1944 года ФКНО утвердил приказ о назначении специальных комиссаров во все освобожденные районы Франции, а 14 марта 1944 года - приказ «об организации гражданской и военной власти на территории Франции в период ее освобождения». Де Голль добился согласия Англии и США на участие войск ФКНО в освобождении Франции и получил возможность ввести своих представителей в состав межсоюзного командования. Выступая против вмешательства англо-американцев во внутренние дела Франции, де Голль в то же время не хотел допускать к руководству страной и к командованию военными операциями организации внутреннего Сопротивления. Командующим войсками ФФИ де Голль назначил генерала Кенига, штаб которого находился в Лондоне. Представители Кенига во Франции потребовали упразднения КОМАК и подчинения отрядов ФФИ непосредственно Лондону. Руководство ФФИ в свою очередь возражало: на заседании 1 мая 1944 года представитель Национального фронта, поддержанный всеми членами КОМАК, доказывал, что необходимо единое командование во Франции, ибо «никто не может претендовать на руководство национальным восстанием из Лондона или Алжира». Конфликт был вынесен на рассмотрение Национального совета Сопротивления, который в присутствии представителей де Голля официально утвердил КОМАК в правах верховного командования ФФИ во Франции. Разногласия между представителями ФКНО и силами внутреннего Сопротивления возникали и по вопросам непосредственной подготовки восстания. Военная делегация де Голля отказалась передать руководству ФФИ контроль над распределением денег, оружия и снаряжения, поступавших из Лондона.

Рано утром 6 июня 1944 года англо-американские войска начали высадку во Франции. В тот же день по радио выступили сначала Петэн, а затем Лаваль, которые призвали население «не предпринимать никаких враждебных действий против Германии». «Обстоятельства могут вынудить немецкую армию принять специальные меры в зоне сражения. Я вам настоятельно рекомендую примириться с этой необходимостью, - говорил Петэн. – Французы, не увеличивайте ваших несчастий действиями, которые могут навлечь на вас трагические репрессии». «Те, кто требует от вас прекратить работу или зовет вас к мятежу, являются врагами нашей родины, - говорил Лаваль. – Вы не захотите усугублять бедствия войны, которую ведут иностранцы, ужасами гражданской войны».
Открытие второго фронта с особой остротой поставило вопрос о вооруженной борьбе и национальном восстании. Это усилило противоречия между США, Англией и ФКНО (переименовавшим себя во Временное правительство), а также между руководителями Временного правительства и участниками Сопротивления.
Англо-американское командование рассматривало бойцов Сопротивления как «парашютистов, уже находящихся на земле» и способных серьезно помочь регулярным войскам диверсионными и разведывательными операциями. Вместе с тем, по свидетельству де Голля, союзное командование «не без опасения относилось к расширению партизанских действий». Оно «хотело, чтобы силы Сопротивления не торопились и активизировались лишь на подступах к боям за предмостное укрепление».
Для руководства действиями Сопротивления союзное командование организовало 87 групп связи. Они должны были выброситься на парашютах в тылу немецких войск, установить связь с участниками Сопротивления и привлечь их для выполнения заданий союзного командования. Каждая группа брала с собой оружие, взрывчатку и радиостанцию, благодаря которой могла связаться с Лондоном и получить по воздуху необходимое вооружение.
Участникам Сопротивления, не связанным с выполнением заданий союзного командования, как и всем остальным патриотам, предлагалось спокойно ждать освобождения. «Каждый из вас должен продолжать свою обычную работа, если он не получит другого приказа», - говорилось в обращении Эйзенхауэра к населению Франции, переданном по радио утром 6 июня. В этом обращении не было никаких призывов к борьбе против оккупантов. Отстранив де Голля от руководства подготовкой вторжения, Англия и США заранее подготовили кадры гражданских администраторов, которые должны были осуществлять управление освобожденной Францией.
Прибыв в Англию за 2 дня до вторжения и ознакомившись с планами союзников, де Голль выразил решительный протест. Не без труда добившись разрешения посетить первый клочок освобожденной французской территории (город Байе), он выступил там в роли главы правительства: назначил комиссара республики на освобожденной территории, принял должностных лиц, произнес речь перед населением. Делая заявку на управление освобожденной Францией, де Голль понимал, что его действия могут увенчаться успехом только в случае поддержки со стороны движения Сопротивления. В этот момент он был заинтересован в том, чтобы Сопротивление показало свою силу, подкрепило бы авторитет Временного правительства и предотвратило установление военного управления союзников во Франции. 6 июня 1944 года де Голль выступил по английскому радио с речью, которая прямо противоречила обращению Эйзенхауэра. «Для сынов Франции, где бы они ни находились… простой и святой долг состоит в том, чтобы сражаться всеми силами, которыми они располагают», - заявил он. Это заявление было воспроизведено всей подпольной прессой и было воспринято как сигнал к немедленной борьбе против врага. ФКП при первых известиях о высадке союзных войск призвала народ к вооруженному восстанию: «Каковы бы ни были ваше социальное происхождение и политические взгляды, Родина требует от нас Объединиться, Вооружиться и Сражаться, так чтобы национальное восстание, т. е. вооруженное восстание нашего народа, стало бы грандиозным актом участия нашей страны в совместной борьбе союзников против общего врага и дало Франции неотъемлемое право на восстановление ее свободы, независимости и величия». По инициативе ФКП и Национального фронта начала создаваться Патриотическая милиция, которая должна была действовать совместно с отрядами ФФИ. Патриотический подъем, охвативший Францию после открытия второго фронта, был настолько силен, что даже наиболее склонные к политике аттантизма организации Сопротивления стали высказываться за вооруженную борьбу и восстание.
18 июня к населению обратился Национальный Совет Сопротивления. В обращении говорилось: «Вся Франция примет в нем (национальном восстании) участие в соответствии с директивами Национального Совета Сопротивления под руководством генерала де Голля и Временного правительства республики». Комитетам освобождения на местах поручалось «создать в каждой деревне, в каждом квартале, на каждом предприятии массовую Патриотическую милицию». Всеобщая стачка считалась одним из основных элементов запланированного национального восстания.
Директивы руководящих органов Сопротивления вызвали большое беспокойство в штабе де Голля. Теперь уже руководители Временного правительства боялись, что массовая вооруженная борьба и национальное восстание может выйти за намеченные ими рамки и привести к власти коммунистов. Представители ФКНО во Франции попытались ограничить масштабы вооруженной борьбы и подчинить ее руководству Лондона. Их главным аргументом было утверждение, что надо ждать прибытия англо-американских войск, иначе восстание потерпит поражение и приведет к бесполезным жертвам. На заседаниях органов Сопротивления 14-15 июня делегаты ФКНО заявили, что военные действия во Франции продлятся не менее 10-12 месяцев и поэтому восстание надо отложить. На другом заседании делегат ФКНО утверждал, что «основными являются действия извне и что борьба внутри страны должны быть им подчинена…. Национальное восстание должно начаться только тогда, когда дезорганизация вражеской армии зайдет достаточно далеко, чтобы помешать ей использовать еще имеющиеся у нее средства. Их применение привело бы к репрессиям, за которые Сопротивление не должно брать на себя ответственность». Делегат ФКНО ссылался на то, что «сейчас, в 1944 году, невозможно проводить независимую политику в некоторых вопросах, особенно в области военных действий и вооружения: мы ничего не можем без наших союзников». Однако большинство участников Сопротивления не соглашались с такой точкой зрения. Не сумев подчинить КОМАК своему влиянию, представители де Голля попытались помешать ему руководить боевыми действиями. Военная делегация ФКНО не разрешила руководству ФФИ использовать имевшиеся у них радиостанции. Военные делегаты де Голля передавали инструкции генерала Кенига, деньги и оружие наиболее «благонадежным» отрядам ФФИ, минуя КОМАК. В результате создалась угроза превращения Военной делегации в параллельное командование, что вызвало дезорганизацию в деятельности ФФИ. Из-за отсутствия радиосвязи приказы КОМАК запаздывали, а иногда и совсем не попадали в местные штабы, в низовых организациях Сопротивления жаловались на отсутствие инструкций. КОМАК и Национальный штаб ФФИ и штаб генерала Кенига издавали разные – порой противоречащие друг другу – приказы.
Летом 1944 года реальное соотношение сил в этом конфликте складывалось не в пользу сторонников аттантизма. Страну охватил патриотический подъем, вызванный общим ходом военных действий и надеждами на быстрое освобождение Франции. При первых известиях о высадке союзников жители брались за оружие (нередко даже не дожидаясь специальных приказов). Тысячи французов, ранее стоявших в стороне от Сопротивления, теперь стремились принять участие в освобождении страны.

300px-Member_of_the_FFI.jpg

Волонтер Французских внутренних сил (ФФИ) патрулирует город. Лето 1944 года. Историческое фото

По свидетельству одного из военных инспекторов, совершившего в июле 1944 года поездку в южную зону, «люди, ранее не принадлежавшие ни к каким формированиям, идут в любые организации Сопротивления, и массовый наплыв новых элементов создает ФФИ буквально повсюду. Учитывая настроения страны, можно сказать, что миллион человек готов действовать и сражаться». Численность отрядов ФФИ за несколько дней возросла примерно в 10 раз и достигла к лету 1944 года около 500 тысяч бойцов. Противники немедленного вооруженного восстания вынуждены были считаться с обстановкой, попытки ограничить размах вооруженной борьбы не имели успеха. Молодежь массово хлынула в лагеря маки. «Там и сям происходили настоящие мобилизации молодежи, - вспоминал очевидец, - Молодые люди собирались и отправлялись на грузовиках с развернутыми знаменами к центрам маки, где их зачисляли в воинские части». Не имея необходимого вооружения и снаряжения, эти части нередко становились жертвами карательных отрядов оккупантов и вишистов, в то время как силы Сопротивления в городах вследствие такой «мобилизации» оказались ослабленными. Массовые скопления невооруженных людей в лагерях маки затрудняли мобильные действия партизан.

Frankreich, Einsatz gegen die Resistance

Арест участников Сопротивления вишистской милицией. Лето 1944 года. Историческое фото

В свою очередь макизары тех лагерей, которые ранее придерживались политики аттантизма, считая, что 6 июня наступил долгожданный «день икс», начали активные военные операции, но «без опыта партизанской борьбы, без связей с массами действовали слишком поспешно и часто были вынуждены отступать перед врагом». Убедившись, что большинство участников Сопротивления уже втянулось в вооруженную борьбу, Генеральная делегация пошла на уступки и дала военным делегатам инструкции не подменять командование ФФИ.

В течение летних месяцев 1944 года вооруженная борьба во Франции стала перестать в общенациональное восстание. В ряде регионов боевые действия партизанских отрядов завершались освобождением территории. На освобожденных территориях силы Сопротивления немедленно ликвидировали вишистский режим и брали управление на себя. Уже 19 июня 1944 года КОМАК сообщил Кенигу, что в Юго-Восточной Франции освобождены «целые департаменты». К началу июля 40 из 90 департаментов Франции были охвачены восстанием, к августу восстание охватило уже всю страну. К этому времени фронт немецких войск был прорван и они стали поспешно отступать к границам Германии. Французское Сопротивление оказало огромную помощь союзным войскам. Парализовав средства транспорта и связи, они задержали подход немецких резервов и дали возможность передовым частям союзников закрепиться на побережье. Генерал Эйзенхауэр считал, что Французские внутренние силы оказали союзникам помощь, равноценную помощи 15 регулярных дивизий.

330px-Sten_gun_France_ww2-102.jpg

Боец Сопротивления и американский солдат на улицах одного из французских городов. Историческое фото, 1944 год

Наибольший размах восстание приобрело в трех районах: в Бретани, в Юго-Восточной Франции и в Центральном массиве. В каждом из районов национальное восстание имело свои особенности. Например, если в Бретани восстание развивалось во взаимодействии с союзными армиями, то в центре и на юге Франции не было прямой связи с действиями союзных войск. Вся тяжесть борьбы против оккупантов легла на плечи Сопротивления. Партизанские отряды здесь были хорошо организованы, нередко располагали автотранспортом, телефонной связью, благоустроенными госпиталями. К августу 1944 года бойцы Сопротивления Юго-Западной Франции собственными силами освободили 28 департаментов и нанесли серьезные потери оккупантам. Лишь четверть немецких войск, расположенных на юго-западе Франции, сумела пробиться сквозь партизанские заслоны и соединиться со своими главными силами. Высадка союзных войск 15 августа 1944 года на южном побережье Франции завершила освобождение южных и юго-восточных регионов. 28 августа был освобожден Марсель, 29 августа Ницца. Однако хозяйственная жизнь освобожденных регионов поначалу складывалась трудно, во многих местах царил административный хаос, не хватало продовольствия, в ряде мест вспыхивали жестокие (и не всегда справедливые) самосуды над бывшими коллаборационистами. Отступление немецких войск во многих местах сопровождалось кровавыми расправами над гражданским населением, что в свою очередь вызывало жажду безрассудной мести.

Важнейшим этапом освобождения страны стало Парижское вооруженное восстание. В первоначальные военные планы союзников не входило быстрое освобождение Парижа. Союзники намеревались сначала осуществить глубокий обход французской столицы и лишь затем, не ранее осени 1944 года, приступить к ее освобождению. Планы де Голля были иными. Он «считал, что силы Франции должны с оружием в руках проявить себя в Париже до того, как туда вступят союзники», и таким образом утвердить власть Временного правительства. Однако большинство организаций Сопротивления в Парижском районе находилось под влиянием коммунистов, что приводило порой к конфликтам между силами Сопротивления и представителями де Голля. Еще в конце июня-начале июля 1944 года в Париже началась волна стачек и демонстраций. 10 августа 1944 года началась крупнейшая стачка железнодорожников, ставшая прелюдией к вооруженному восстанию. Через несколько дней вспыхнула забастовка полицейских, которые покинули свои посты, а затем вместе со своим оружием начали массово переходить к бойцам ФФИ. Несмотря на дискуссии между различными силами Сопротивления о возможных сроках восстания, затормозить восстание в Париже не удалось: 18 августа в городе начались стихийные вооруженные столкновения. Утром 19 августа было принято официальное решение о начале восстания. Париж покрылся баррикадами. Уже к вечеру 21 августа повстанцы освободили 61 из 80 кварталов Парижа и три четверти пригородов.

French_resistance_during_Paris_Uprising_1944.jpg

Бойцы Сопротивления в Париже, август 1944 года

Однако закрепиться в городе оказалось сложно, остатки немецких войск перешли в контрнаступление. Обеспокоенный де Голль отправил срочное письмо Эйзенхауэру, в котором просил «как можно скорее занять Париж французскими и союзными войсками, даже если это будет связано с боями и некоторыми разрушениями в самом городе». Эйзенхауэр направил в Париж французскую дивизию генерала Леклерка. Одновременно повстанцы также сумели выйти на связь с американскими командованием с просьбой о помощи восставшему городу.

zhenshyny-vo-vtoroj-mirovoj-14-34.jpg

Парижское восстание. Баррикады на улицах города. Историческое фото, август 1944

24 августа первые французские танки дивизии Леклерка, приветствуемые восторженными толпами парижан, вошли в столицу. 25 августа 1944 года была подписана официальная капитуляция немецкого гарнизона в Париже. (подробное рассмотрение хода Парижского восстания не входит в рамки данной статьи – РД) 26 августа прибывший в освобожденную столицу де Голль организовал массовую демонстрацию на Елисейских полях. В тот же день было опубликовано официальное сообщение союзного командования о передаче полномочий по управлению Францией Временному правительству.
К середине сентября почти вся территория Франции были очищена от оккупантов. В их руках оставались лишь Эльзас и часть Лотарингии (освобожденные в ноябре-декабре 1944 года), а также несколько портов западного побережья, в которых еще держались отрезанные от своих сил немецкие гарнизоны.

В освобожденных районах устанавливалась власть Временного правительства под руководством де Голля. Де Голль пользовался в стране огромной популярностью, большинство французов считало теперь его главным организатором Сопротивления и спасителем Франции. Однако в ряде районов (особенно там, где не было войск союзников) складывались конфликтные ситуации между новыми должностными лицами, назначенными представителями де Голля и местными силами Сопротивления. В ряде мест образовалось своеобразное «двоевластие», поскольку наряду с государственным аппаратом, подчиненным Временному правительству во главе с де Голлем, действовал военно-политический и административный аппарат, созданный организациями Сопротивления. Такая ситуация продолжалась иногда около года, однако в целом баланс сил изменился не в пользу Сопротивления. В сентябре 1944 года де Голль подписал указ, объединивший Французские внутренние силы (ФФИ) с регулярной армией (не всем бывшим партизанам и подпольщикам это понравилось). В первые месяцы после освобождения Франции движение Сопротивления пользовалось огромным авторитетом. Его участники были окружены почетом, многие заняли видные посты в правительстве и административном аппарате. Однако сами организации Сопротивления в течение 1945 года в основном были распущены и прекратили свое существование. В дальнейшем многие бывшие участники Сопротивления занимались парламентской, профсоюзной и/или партийной деятельностью (в самых разных политических партиях), другие, частично разочаровавшись в идеалах освободительной борьбы, полностью отошли от общественной деятельности.

Еще раз напомню, что дополнительно можно почитать здесь: http://naiwen.livejournal.com/996955.html
Tags: Вторая мировая война, РИ, ХХ век
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment