?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Три Горбачевских...

Часть советских историков всегда очень любила тенденциозные "Записки" Горбачевского, разоблачавшие "дворянскую ограниченность" руководителей Васильковской управы Южного общества Сергея Муравьева и Бестужева-Рюмина и противопоставляющие мягкотелым и нерешительным барам-южанам решительных и радикальных славян, которые всегда рвались в бой, и вот если бы только не препятствия в лице этих противных недо-либералов, так обязательно бы уже и восстание Черниговского полка выиграли, и давно бы установили в России самое лучшее демократическое народное правление. Впрочем, наряду с любовью к мемуарам Горбачевского известна была и версия Нечкиной о том, что воспоминания Горбачевского написал вовсе не Горбачевский - Нечкина, конечно, была самый авторитетным советским декабристоведом, но тем не менее никто с ее выкладками не согласился.

Тем не менее нельзя не признать, что образ Горбачевского-из-следственного дела и образ Горбачевского-автора-записок - это два каких-то совсем разных Горбачевских, и вместе они складываются с трудом. Но я здесь пока не буду долго писать про следственное дело Горбачевского, замечу только о том, что если признать, что все это писал все-таки Горбачевский, то в голове у Горбачевского существовало два... нет, три... совершенно разных Сергея Муравьева.

Вот это Сергей Муравьев из "Записок":
"Взглянем теперь на совокупность происшествий и рассмотрим внимательно, но беспристрастно действия С. Муравьева.
Медленность и какая-то неопределенность в движениях поражают при первом взгляде. Спрашивается, что заставляло его после столь смелого начала ограничиться движениями около Василькова, делать небольшие переходы и дневать в Мотовиловке, между тем как солдаты, так и офицеры только того и желали, чтобы действовать наступательно. Сии жалобы не могли скрыться от начальника. Если бы С. Муравьев, не дожидая помощи, сам искал оную; если бы движения Черниговского полка были быстры, внезапны, то, кроме существенной выгоды, сии движения укрепляли бы дух подчиненных и поддерживали их надеждою успеха. С. Муравьеву должно было собрать полк как можно скорее, избрать какой-либо один или два пункта и действовать с быстротою молнии...
Во время самого похода из Василькова до деревни Полог и далее С. Муравьев на каждом шагу делал ошибки и непростительные упущения..."

В других местах "Записок" Горбачевский беспрестанно упрекает Сергея Муравьева в недемократичности, в нежелании быть откровенным с офицерами и солдатами собственного полка, в попытках манипулирования заговорщиками-славянами, в нерешительности, и даже в желании сделать русский народ своим орудием - в общем, какая-то печальная картина.

Впрочем, в следственных показаниях Горбачевский тоже активно упрекает Муравьева и Бестужева, вот так, например:
"словом сказать что только могли найти к уговорению нас и распалить наши страсти к преступлениям ведущия, все они употребили, - Ваше Превосходительство, всего того, что оне говорили и делали, перо мое не в состоянии выразить даже трудно пересказать, одним словом, ежели бы не сии злонамеренные люди, тобы сего ничего не было, мы им верили, потому что оне заставили нам к тому всеми способами обольщения, ввели нас в заблуждение, не открывая настоящей цели и скрывая свою..."
или вот так, например:
"Нет у меня ни сил ни такой способности описать все то, что Бестужев и Муравьев говорили, советовали, просили, трогали самолюбие, обещали и заклинали и дружбою и страхом и надеждою несомненною в успехе, словом сказать ни осталось и ни оставалось ничего у них в уговорении человека чего бы они не употребили для завлечения в преступления нас, оне всему причиною, они всему зло, без них ничего бы его не было".

И вот, когда мы уже познакомились в разными вариациями на тему "какая сволочь был этот Сергей Муравьев и как он нас обольстил и бросил но мы были гораздо круче него - вдруг на этом фоне существует еще одно письменное свидетельство Горбачевского, которое хочу привести целиком. Это цитата из письма Горбачевского к Михаилу Бестужеву в 1861 году, уже после амнистии (напомню, что Горбачевский амнистией не воспользовался и так и остался доживать в Петровском заводе...)

"... а это мне завещал сам Сергей Иванович Муравьев-Апостол, прощаясь со мной в последний раз ночью с 14 на 15 сентября 1825 года под Лещиным в лагере.
Странная вещь, в это время, когда мы в его балагане разговаривали, я нечаянно держал в руках его головную щетку; прощаясь, я ее положил к нему на стол; он, заметя, взял во время разговора эту щетку, начал ею мне гладить мои бакенбарды (так, как это делал часто со мною твой брат Николай) (примечание - судя по портрету Горбачевского, сделанного Николаем Бестужевым уже на каторге, лохматость у Шарика всегда была повышенная - РД), потом, поцеловавши меня горячо, сказал:
— Возьмите эту щетку себе на память от меня: — потом прибавил,— ежели кто из нас двоих останется в живых, мы должны оставить свои воспоминания на бумаге; если вы останетесь в живых, я вам и приказываю как начальник ваш по Обществу нашему, так и прошу как друга, которого я люблю почти так же, как Михайлу Бестужева-Рюмина, написать о намерениях, цели нашего Общества, о наших тайных помышлениях, о нашей преданности и любви к ближнему, о жертве нашей для России и русского народа. Смотрите, исполните мое вам завещание, если это только возможно будет для вас.
Тут он обнял меня, долго молчал и от грустной разлуки, наконец, еще обнявшись, расстались навеки.
Тут все я пропускаю, что мы говорили, и какие наши были тайные намерения, и о чем я его упрашивал,— все это, все это должно быть в записках, если они когда-либо будут написаны. Но вот еще, о чем я тебе хотел сказать: не знаю, по какому случаю, я эту щетку положил в боковой карман моей шинели (в то время, как я был у Муравьева-Апостола, я был в мундире, и шел дождь,— вот я думаю, отчего она очутилась в шинели) и она в этом кармане оставалась до самого моего ареста, потому, вероятно, что я мало на нее обращал внимания, и не до того было. Так она со мной с арестованным и приехала в Петербург; вероятно, во время дороги и от долгого времени карман разодрался, и она провалилась в самый низ полы шинели, между сукном и подкладкой. Вообрази, эта щетка сохранилась от всех обысков во дворне, в Петропавловской и Шлиссельбургской крепостях, в Кексгольме, в Сибири и осталась до днесь со мною и у меня и теперь. Трубецкой все силы употреблял, чтобы у меня ее выманить как-нибудь, наконец, давал мне за нее 500 рублей серебром и писал, что если я вздумаю ее продать или отдать, то, чтобы во всяком случае она ему бы досталась. Поджио, видевшись со мной в последний раз в Верхне-Удинске в 1859 году, предлагал мне 1 000 руб. серебром или отдать ее ему так, на память его дочери Варваре. Теперь у этой щетки волосы почти все выпали, сам не знаю отчего,— почти осталось одно древко; но я не могу с нею расстаться, так она мне дорога, несмотря на всех покупщиков (а их было много) и мои нужды".

... И вот из этих трех Горбачевских - как вы думаете, какой из них настоящий? Тот, который хранил облезлую щетку тридцать пять лет, да?

Comments

( 19 comments — Leave a comment )
lubelia
Feb. 15th, 2014 02:17 pm (UTC)
Да все трое, разумеется:))
naiwen
Feb. 15th, 2014 02:31 pm (UTC)
а как они, все трое, в одном мохнатом мужике уживаются? :)
lubelia
Feb. 15th, 2014 02:38 pm (UTC)
Ну, кажется, это вполне в его духе - искренне считать, что Муравьев и там был неправ, и сям был неправ и резать по этому поводу всяческую правду-матку - и при этом вполне искренне же любить:)
naiwen
Feb. 15th, 2014 02:41 pm (UTC)
ты почитай следственное дело Горбачевского, я тебе его отдала. Если продерешься (он невероятно путаный и многословный), но местами жутко смешной, вызывает смесь раздражения (вплоть до некоторой жалости к следственному комитету - им-то как через это продраться) с восхищением и порой даже чистым восторгом - ну и глубокую жалость под конец.
Очень живая история.
lubelia
Feb. 15th, 2014 02:43 pm (UTC)
Почитаю, разумеется. Я пока Женечку Оболенского - для укрепления нервов и общей веры в человечество:))
naiwen
Feb. 15th, 2014 02:48 pm (UTC)
о да, это пожалуй самое позитивное следственное дело из всех, которые мне попадались.
А Горбачевский тоже, кстати, вплоть до почти финала вызывает скорее положительные эмоции: уж очень ловко хитрый хохол играл со следственным комитетом на их поле, и даже порой угрызал себе куски :)

Edited at 2014-02-15 02:49 pm (UTC)
odna_zmeia
Feb. 15th, 2014 11:56 pm (UTC)
Ой, ну оценочные суждения в следственных делах - это вообще не критерий.
veber
Feb. 15th, 2014 04:51 pm (UTC)
А почему Нечкина считала, что написал их не он?
naiwen
Feb. 15th, 2014 06:32 pm (UTC)
Аргументов там было много, и я всех не помню.
Главные сводились как раз к несовпадениям между некоторыми взглядами Горбачевского, изложенными на следствии, в письмах и в "Записках" (в том числе тот момент, который я показала), к тому, что некоторые эпизоды Горбачевский восстанавливает непонятно с чьих слов, не будучи лично свидетелем (хотя если Нечкина полагала автором "Записок" Петра Борисова - то тому точно так же неоткуда было быть свидетелем многих эпизодов); наконец - что когда Горбачевский писал вот именно это помянутое письмо к Михаилу Бестужеву в 1861 году, то он говорит - мол, Сергей Муравьев завещал написать мне записки о нашем деле, но если бы когда-нибудь они будут написаны - мол, если в это время он еще не написал эти записки, то вряд ли успел бы написать их за оставшиеся годы жизни. Ну это то, что я сейчас помню, там была большая статья и большая полемика между Нечкиной и Сыроечковским - издателем писем и записок Горбачевского.

Edited at 2014-02-15 06:32 pm (UTC)
veber
Feb. 15th, 2014 08:34 pm (UTC)
Понятно. А тебе самой как кажется?
naiwen
Feb. 16th, 2014 02:19 am (UTC)
Да кто его знает. Несколько раз меняла мнения на протяжении жизни :)
но все-таки я скорее из тех, кто не любитель сенсационных версий, а версия Нечкиной в некотором роде проходит по разряду сенсационных, и коль скоро у этой версии нет кроме Нечкиной других сторонников, я бы скорее все-таки воспользовалась бритвой Оккама и не умножала сущности.
А так человек противоречивое существо, да :)
naiwen
Feb. 16th, 2014 03:20 am (UTC)
собственно вот здесь: http://www.rummuseum.ru/portal/node/1455
живет подробная вступительная статья Сыроечковского - публикатора записок и писем Горбачевского - и там он во второй половине статьи разбирает и опровергает аргументы Нечкиной и доказывает авторство Горбачевского.
veber
Feb. 16th, 2014 08:35 pm (UTC)
Ага, понятно. Спасибо.
odna_zmeia
Feb. 15th, 2014 11:57 pm (UTC)
Хм, я тут начала думать про Спиридова - но это все равно вилами на воде. По занудству они с Горбачевским два сапога пара.:)
kemenkiri
Feb. 15th, 2014 11:58 pm (UTC)
А может, в соавторстве?;-)
odna_zmeia
Feb. 16th, 2014 12:05 am (UTC)
Они ведь далеко друг от друга живут. Разве что заранее обсуждать.:)
naiwen
Feb. 16th, 2014 02:16 am (UTC)
Это в некотором роде технически невозможно, так как Горбачевский пишет Михаилу Бестужеву в 1861 году о гипотетических записках, как об еще не написанных, а Спиридов умер в Красноярске гораздо раньше - незадолго до амнистии.
Так что обмениваться какими-то материалами и воспоминаниями они раньше, конечно, могли - но в соавторстве точно не писали.
К тому же Спиридов из того, что я успела о нем прочесть, производит впечатление человека замкнутого, живущего на отшибе и мало с кем общавшегося.
naiwen
Feb. 16th, 2014 02:17 am (UTC)
Ну нет, это разный стиль занудства :)
Горбачевский не зануда, а цветистый болтун, а Спиридов - именно что зануда.
odna_zmeia
Feb. 16th, 2014 10:07 pm (UTC)
Уй, по переписке судя, Горбачевский такой же зануда.:)
( 19 comments — Leave a comment )

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com