?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: дети

Мой девятнадцатый век: не-имперская история России.
Каталог ранее выложенных статей, заметок, документов и материалов.
От декабристов до "Народной воли"


Дополняется.
(некоторые статьи и заметки по тематике попадают в два подкаталога)

Каталог: байки общества Соединенных Славян: малоизвестные страницы истории декабристовCollapse )
Декабристы: прочие сюжеты и документыCollapse )
Между двадцатыми и шестидесятымиCollapse )
Каталог 1863 год: Январское восстание, Александровские реформы, революционное движение 1860-х годовCollapse )
Каталог Народная воляCollapse )
Проект Письма: человек перед лицом вечностиCollapse )
Каталог: Времен связующая нитьCollapse )
Колонка критика: злой историкCollapse )

P.S.Для любителей моих исторических заметок: реклама каталога в дружественных журналах всячески приветствуется.
если кто-нибудь знает.
Есть отзывы про бельгийский корм MealFeel?

Дело вот в чем. У меня же котики последние несколько месяцев сидели на детском Хиллсе (для котят). По рекомендации врача в клинике, который сказал, что Ластика надо откормить более калорийным кормом и посоветовал перевести на детский, и сказал, что Хиллс подойдет (хотя я выражала сомнения в том, что это корм среднего качества, а я привыкла брать классом повыше).
Ну в общем три-четыре месяца они у меня прожили на этом котячьем Хиллсе, Ластик прилично отъелся, а Артамон так прямо и разжирел, несмотря на свою подвижность. И зашерстились оба хорошо, то есть смена корма (до этого Акана была) им вроде бы пошла на пользу.
Но мне кажется нужно уже прекращать кормить им детским, а то толстеть начинают.

Решила поэкспериментировать снова с премиальными взрослыми. Я было нацелилась в нашем магазине на "Бош" (вроде должен быть приличный корм?)
А тут продавщица-консультант, которая в принципе знает меня и мои проблемы (я там регулярно покупаю, сеть "Четыре лапы" уболтала меня взять вот этот вышеупомянутый MealFeel. Дескать, это корм класса Боша и Аканы, но стоит дешевле потому, что бельгийцы производят по заказу их сети без посредников, и поэтому цена подешевле, а так качество не хуже. Берите-берите, у нас еще сейчас акция.

Я вот взяла на пробу. Коты едят. Нет, не так - ЖРУТ. То есть котикам нравится, и на первый взгляд проблем нет.
Но что-то я пригляделась к составу и какие-то сомнения меня берут. Покупать такой дальше, не покупать? Покупать Бош? Вернуться на Акану (но мне кажется, что у Ластика в последнее время была рвота именно от Аканы, хотя может быть это были еще последствия химиотерапии, сейчас алва Богу прекратилось?) Оставить на Хиллсе?
Надо бы спросить ветеринара (как раз в субботу еду), но он-то онколог, и тонкости кормов, в общем, не его дело. Спрошу, конечно.
просто в порядке опроса. Навеяно постом Больдога про ювенальную юстицию и в обсуждениях периодически мелькает информация о том, что во многих странах сейчас нельзя оставлять ребенка до 12 лет одного дома, и нельзя выпускать его гулять одного без взрослых. Интересно, правда, какое есть законодательство (официальное и реальная практика) в разных странах?

Вот про себя расскажу так. Меня оставляли дома одну эпизодическ и ненадолго (может на 1-1.5 часа) примерно с четырех лет. Я как раз примерно с этого возраста себя более-менее помню, и одно из первых таких осознанных воспоминаний - именно как родители впервые оставили одну в квартире и ушли по каким-то делам, и было страшновато. Гуляла одна во дворе и в районе тоже где-то лет с пяти, наверное (тоже запомнила эпизод, как заблудилась и дошла до соседнего квартала, а там меня нашел какой-то доброхот, который и вернул домой).
В первом классе меня отводила в школу няня (родители платили знакомой пожилой женщине), она же забирала из школы и сидела со мной до возвращения родителей с работы. Со второго класса (то есть примерно с восьми лет) я ходила сама в школу, сама возвращалась и оставалась дома полностью одна до прихода родителей. До школы было примерно минут 12-15 пешком (около километра) или две остановки на автобусе (родители давали мелочь, так что можно было ездить на автобусе, но чаще ходили пешком) + нужно было перейти дорогу. В квартире не было не только мобильного :), но и стационарного телефона (у нас появился довольно рано стационарный телефон - когда я училась где-то классе в пятом; но у многих соседей не было, и они ходили к нам звонить). Родители оставляли первые пару лет для меня горячую еду в кастрюле, замотанной в два одеяла. И договаривались с соседкой, чтобы она иногда забегала меня проведать в течение дня.
Еще через год меня отпускали одну в музыкальную школу в Томилино (ехать автобусом минут двадцать или три остановки на электричке), а потом с 12 лет - в другую музыкальную школу, уже в Москве, на другом конце Москвы (мы в Люберцах, а в музыкальную школу я ездила в Кунцево, это было реально далеко, с несколькими пересадками, часа полтора в один конец).
Чего мне родители долго не разрешали, так это ночевать дома одной (а мне уже очень хотелось). Если родители куда-то уезжали, то обязательно приглашали бабушку или еще какую родню. Первый раз мне разрешили переночевать в квартире одной в 15 лет; и тогда же меня впервые отпустили одну с друзьями на неделю летом в деревню.

И заметим, это я - девочка из хорошей еврейской интеллигентной семьи. В более "простых" семьях (но тоже отнюдь не маргинальных) дети оставались одни и становились самостоятельными еще раньше.

Правда, меня уже в студенческие и даже в послестуденческие годы отец встречал вечером на платформе Ухтомская, когда я возвращалась домой поздно в темноте. То есть даже лет в двадцать пять еще порой встречали. Но у нас (это на границе Москвы и Люберец) там реально очень темно на платформе, в те годы не было никакого освещения, и район считался (в общем, небезосновательно) неблагополучным, а годы - начало 90-х - были неспокойными.

При этом мои же родители с Женей сидели дома чуть ли не до 15 лет, и боялись оставлять его одного в квартире, сопровождали или требовали, чтобы я сопровождала, в музыкальную школу и повсюду, и только лет в 14-15 он начал более-менее иногда оставаться один (а так, чтобы на ночь оставаться одному, когда я уезжаю - так по-моему только в последний год). Когда я возмущалась и говорила родителям, что я же оставалась одна гораздо раньше - родители мне неизменно отвечали, что теперь "времена другие" и что "теперь все небезопасно". Хотя по-моему сейчас гораздо безопаснее, чем было во времена моего детства и юности, теперь ведь у каждого первоклассника есть по крайней мере мобильный телефон.

А как у вас было в вашем детстве (в какие годы?) и как вы сейчас решаете эти вопросы со своими детьми?
в порядке очередного маленького троллинга... я уже проделывала этот эксперимент, впрочем, с видео с польскими детишками :)) а то вот многие возмущаются, когда дети на 9 мая и вообще поют военно-патриотические песни. А вот посмотрите-ка. Празднование 8 мая во Франции. Записи сделаны в провинциальных городах, дети вместе со взрослыми поют знаменитую "Песню партизан" (гимн французского Сопротивления, кто не знает историю песни - сюда по ссылке: http://naiwen.livejournal.com/546795.html особенно интересно то, что автор песни русская белоэмигрантка).

Вон какая мелочь поет:



Еще дети?Collapse )

Ну как, коробит?
... поскольку мне накидали список книг и фильмов, где действие происходит во время войны во Франции, я их потихоньку медленно читаю и смотрю. Вот эту книгу (в заголовке) хочу отметить, как одну из лучших прочитанных (из числа художественной литературы). Хотя это не совсем про оккупацию Франции, там действие происходит в первый месяц войны и оккупация только-только начинается.
А повесть зацепила тем, что в ней обыгрывается эмоционально важный для меня сюжет - поступок обывателя, "подвиг слабого". Что может сделать обычный рядовой человек, оказавшийся в трудное время в трудном месте, в водовороте истории?
 
... Первые месяцы Второй мировой войны. Пожилой обеспеченный англичанин Джон Хоуард (около 70 лет) только что получил известие о смерти сына - военного летчика. Другая его дочь, замужняя, живет в Америке и зовет старика к себе - но он не хочет ехать так далеко и вообще он хотел бы найти себе в Англии в военное время какое-нибудь дело, но какое дело может быть для пенсионера? Потеряв сына, чувствуя себя не нужным и заброшенным, Хоуард хочет переменить обстановку и отвлечься - поэтому уезжает во французские Альпы, "ловить рыбу", так как в этот момент еще кажется, что во Франции безопасно. Однако там его настигают вести о новых военных действиях. В курортном отеле вместе с ним живет знакомая семья, отец которой работает в Лиге Наций в Женеве, родители беспокоятся, что завтра Гитлер нападет на Швейцарию (почему-то в этот момент все уверены, что именно Швейцарию оккупируют, а Францию - нет). Поэтому семейство просит Хоуарда, который собрался возвращаться на родину, взять с собой в Англию двоих их детей - мальчика 8 лет и девочку 5 лет - и отвезти в Англию к родственникам, где детям будет безопаснее. Старик после некоторых колебаний соглашается и уезжает вместе с двумя детьми. Денег у них достаточно и поначалу кажется, что нет никаких причин для беспокойства...
... Но по дороге доверенная ему девочка заболела, им приходится задержаться посреди Франции - и в этот момент начинается вторжение гитлеровцев в страну. Через пару дней, пока у ребенка спадает температура, выясняется, что дороги перерезаны, транспорт не ходит, страну захлестывают потоки беженцев. Так начинается квест Хоуарда, который в соответствии со средневековой легендой ассоциирован с "крысоловом" - он собирает на своем пути детей и дети покорно следуют за ним под звуки его волшебной дудочки. Волшебной дудочки у старого англичанина, конечно, нет - но он умеет мастерить для детей из сучков дерева настоящие свистульки и этим зарабатывает их доверие. В метаниях по охваченной войной стране старик подбирает сначала французскую крестьянскую девочку, у которой отец якобы живет в Лондоне (не факт, что знает о дочери и интересуется ею). Потом прямо на дороге - французского мальчика, родители которого убиты во время бомбежки, и старый англичанин уводит ребенка прямо от лежащих на дороге изуродованных тел. Забегая вперед - к концу повествования, после долгих приключений, ареста, допросов в гестапо и других мытарств - Хоуард все-таки добирается до Англии с СЕМЬЮ детьми от 5 до 10 лет разных национальностей, включая голландца-беженца, польского еврея и немецкую девочку.
 
Это такая очень добрая книга, в ней на первый взгляд почти нет крови и ужасов - но сам ужас в очень обыденном рассказе на тему, как война отражается на самых слабых и беззащитных - стар и млад, старик с его уже далеко некрепким здоровьем - и та невероятная сосредоточенная ответственность, с которой он выполняет свое дело - он твердо знает только одно, что сквозь войну, бомбежки, всеобщую панику, начавшуюся оккупацию, он должен доставить этих детей в безопасное место. И тех, которых ему доверили перепуганные родители и родственники - и тех, ответственность за которых он взвалил на себя сам, просто потому, что не смог пройти мимо ребенка на дороге. На удивленные вопросы французов, что он собирается делать со всей этой оравой чужих детей, часть из которых не говорит ни на французском, ни на английском языках, старик терпеливо отвечает, что у него есть богатая дочь в Америке - и он отправит детей туда до конца войны, и его дочь, конечно, позаботится о всех этих найденышах. И люди, первоначально недоверчивые, замкнутые в своих проблемах (как это можно, чтобы в военное время  старичок вдруг занимался чужими детьми? драпал бы сам поскорее в свою Англию, пока немцы не схватили) - постепенно не все, но многие начинают помогать Хоуарду, пораженные его методичным, неспешным стариковским упорством. Одной из главных помощниц становится молодая француженка, которая - как выясняется по ходу повествования - была невестой сына Хоуарда, хотела выйти за летчика замуж и тяжело переживает известие о его смерти. Забота о детях и их безопасности возвращает смысл жизни и старику, и молодой Николь, воспоминания о погибшем Джоне связывают их единой нитью... Перед расставанием, когда старик должен все-таки выбраться с детьми в Англию, а Николь остается во Франции, они размышляют - кем-то вырастут эти дети? Быть может, есть какой-то смысл во всем этом, быть может, этим детям суждено сделать что-то важное, хорошее для человечества? Ведь не может же быть так, чтобы все напрасно.
 
Любопытна судьба этой книги в советское время. Цитирую Википедию.
 
По воспоминаниям переводчицы Норы Галь, роман Шюта «Крысолов» она получила для рецензирования в журнале «Интернациональная литература» от его сотрудника литературоведа Б.А.Песиса сразу после выхода книги. Книга увлекла её, и Нора Галь перевела роман, который, таким образом, стал её дебютом в области художественного перевода. Однако, вспоминает переводчица:
"Тогда «Крысолов» так и не был напечатан, убоялись развязки: как это старик англичанин, уведя семерых детишек от фашистских бомбежек на дорогах Франции, не оставил их под бомбами в Лондоне, а отправил за океан к дочери — жене богатого американца? Не принято было в столь выгодном свете представлять Америку. По милости такой вот логики добрый и мудрый странник-крысолов долгих сорок лет прозябал, забытый, у меня в шкафу — до публикации летом 1983-го в журнале «Урал»

... Смешно и грустно, как говорится. В самом деле, нельзя же было написать о том, что американская семья приютила семерых беженцев (в соответствии с нынешней логикой и законом Димы Яковлева - наверное, снова нельзя). Хотя любопытно, я почитала в интернете некоторые отзывы на эту книгу. Большинство современных российских читателей сходятся на то, что книга добрая и хорошая, но "сказочная и нереалистичная". Это такая сказка - не вполне ясно, что современным читателям кажется сказкой - то ли то, что Хоуард в итоге сумел договориться с гестапо и его не расстреляли вместе со всеми детьми (кажется, народ жаждет бОльшего количества крови), то ли сам факт, что старик подбирает чужих детей и заботится о них. Ну тогда уж история Ирены Сендлер и подобные должны, наверное, современному читателю казаться натуральной сказкой - а ведь это подлинные истории.

В общем, хорошая книжка, рекомендую.
 
Собственно, к чему я? Я, когда начала делать игру, стала искать разные материалы, ну и не просто чтобы самой прочитать, но и чтобы по возможности давать игрокам ссылки (то есть должно быть доступно в сети и на русском языке). И вот я ругалась на то, что имеются либо советско-марксистская версия событий, либо консервативно-охранительная версия событий, а мне бы хотелось найти, например, либеральную точку зрения. Ну то есть, в общем, я примерно и так представляла себе, что могут написать с либеральной точки зрения - чума на оба ваших дома, правительство кругом неправо, революционеры неправы еще больше, обе стороны вели себя нехорошо ай-яй-яй. Но самое интересное, что я действительно нашла такой взгляд, причем не современное исследование, а так сказать аутентичный взгляд современника событий и довольно интересного человека самого по себе. Вот этот человек - Владимир Рафаилович Зотов, русский либеральный писатель и публицист 1860-1880 годов, один из сотрудников известного журнала "Исторический вестник" и некоторых других журналов. А интересен Зотов, помимо прочего, тем, что одно время именно у него хранился архив "Народной воли" (по просьбе народовольца Николая Морозова, с которым Зотов был дружен), о чем в статье в современной русской Википедии деликатно не упоминается. И вот в 1880-е годы в журнале "Исторический вестник" он опубликовал в числе прочего свою статью-исследование об истории Парижской коммуны - основываясь, видимо, на каких-то известных ему источниках и свидетельствах. Информирован он, судя по всему, не так уж хорошо - так что с сегодняшней точки зрения большой документальной ценности его исследование не представляет, слишком много видимых фактических ошибок, ну и непосредственным очевидцем он не был. Но вот взгляд примерно именно такой, как я описала. Что, в общем, было бы само по себе непредосудительно (взгляд как взгляд, имеет право), если бы не один зацепивший меня абзац.

Автор описывает жестокость версальской армии и далее добавляет такой абзац:

"Встречаются и черты человеколюбия наряду с бесполезной жестокостью. 28-й линейный полк, расстреляв одного инсургента, захваченного с двумя мальчиками, принял их в число полковых детей.
Маркитантку Коммуны поймали с ребёнком и с бутылкою керосина. Капитан расспросил, есть ли у мальчика родные и, получив в ответ, что отец его убит, и он круглый сирота, дал обещание усыновить его, а мать расстрелял"


То есть вот такое милосердие - расстрелять без суда мать и усыновить ребенка. Автор, наверное, это искренне написал? И потом меня спрашивают, почему я не люблю добрых либералов и зачастую предпочитаю честных радикалов.

На всякий случай вот ссылка на эту статью Зотова, перевыложенную в сети:
http://www.abhoc.com/arc_vr/2014_08/768-2/
http://www.abhoc.com/arc_vr/2014_08/768-3/
http://www.abhoc.com/arc_vr/2014_08/768-4/
http://www.abhoc.com/arc_vr/2014_08/768-5/
(впрочем, у меня есть подозрение, что статья Зотова была в русском журнале слегка подцензурирована, что возможно искажает впечатление).
К вопросу об исторических различиях менталитетов - вот вроде бы регулярно работаешь с девятнадцатым веком, с документами, все знаешь, понимаешь - а вдруг за какие-то детали цепляется глаз, и внезапно с особенной силой осознаешь, насколько мы-сегодняшние - другие, живем по-другому, совершенно иначе ощущаем себя в мире, во времени и в пространстве.
Читаю переписку семьи Пестелей, которую выложила Натали odna_zmeia (а кто не читал, всячески рекомендую, там по ссылкам несколько постов у нее в жж).
Собственно, для тех, кто не читал - там коллизия такая: родители отправляют своих детей (в младше-подростковом возрасте, 10-12 лет) учиться за границу. И наставляют их: так, дети, давайте договоримся о том, что вы нам будете писать регулярно по очереди, раз в две недели. И мы тоже будем отвечать раз в две недели. Ну вот детей двое, каждый пишет, например, раз в месяц, а в целом получается - что родители имеют вести от своих детей не реже, чем раз в две недели.
Потом там все происходит еще интереснее - родители из-за службы отца переезжают в Сибирь, туда вообще почта добирается раз в несколько месяцев - и одно письмо идет почти полгода. Дети, как все дети мира, тоже писать регулярно ленятся или забывают...
В общем, вот такая простая коллизия (еще эти дети одни плывут на корабле из Петербурга в Германию, попадают в дикий шторм, чудом остаются живы - и все это время родители ничего о них не знают и не имеют известий).

А вот теперь вопрос на засыпку - дорогие родители и прочие заинтересованные. Кто сегодня может себе представить, чтобы минимум две недели (а по факту и гораздо дольше) не иметь никаких вестей от уехавших детей? Чтобы получать известия с опозданиями на месяц, а то и на полгода? (и если вдруг что-то случится, то и узнает с соответствующим опозданием).
Да сегодняшний родитель даже полдня не выживет без скайпа, мобильника и прочих средств оперативной связи ("сядешь в самолет - позвони, прилетишь на место - немедленно позвони").

Собственно, в дни моего детства и юности письма еще путешествовали долго, никакой мобильной связи и интернета не было. Но кое-что уже было: уехав, можно было в крайнем случае пойти на телефонную станцию и заказать междугородний звонок (это было хлопотно и дорого, обычно нужно было отстоять длинную очередь; а еще далеко не у каждого в дни моего детства был дома стационарный телефон, иногда приходилось звонить каким-то соседям, родственникам и др.). Или можно было послать телеграмму. В общем, какая-то связь уже была, особенно на случай реального ЧП. Но в основном все-таки еще писали бумажные письма - и они шли уже не по полгода, а с недельку примерно (в зависимости от расстояния и обстоятельств).
Настоящий прорыв в возможностях связи произошел примерно в последние 10-15 лет, и породил подлинную революцию сознания. Мы другие. Человеку сегодня практически невозможно себе представить, как это так - не получать вестей от близких людей по несколько недель, а то и месяцев?

...Это, конечно, не только детско-родительских отношений касается. Вот, например, Юлиан Сабиньский едет в ссылку в течение почти года, доезжает до Иркутстка - и в Иркутске его настигает известие о том, что его любимая жена уже почти год назад, как умерла. А истории про эмиграцию XIX века, когда, например, переписываются Мицкевич и уехавший в Чили Домейко - и письма из Парижа в Чили идут по полгода через океан - но все-таки доходят, а вот письма из Парижа в Российскую империю - где продолжают жить родные братья Мицкевича, не доходят, потому что переписка с политэмигрантами запрещена, и люди сетуют на то, что связь через океан и то лучше и надежнее...

Но с детьми оно как-то особенно наглядно: и ведь подумать только, что еще двадцать лет назад дети ездили по городу без мобильных телефонов. Немыслимо и непредставимо.
там в предыдущем треде возникло несколько вопросов - насколько корректно сравнение видео. Ну да, очень сложно так подобрать, чтобы и уровень исполнения примерно одинаковый, и дети примерно одного возраста, и песни примерно одной тематики - хотя лично на мой взгляд уровень и качество исполнения не имеют значения; при желании несложно найти записи почти профессиональных детских хоров (правда, там будут дети постарше), которые будут петь по-настоящему круто, но эти записи как раз не будут показательными.

В частности, прозвучало - а какое впечатление было бы, если бы дети пели не маршевые песни, а что-нибудь военное лирическое?
Ну вот, для примера, более лирическое.

Совсем мелкие детсадовцы поют Окуджаву, "До свидания, мальчики".



Посмотреть еще несколько примеров для оценки?..Collapse )

Опрос прикручивать не буду, все нюансы, мнения и оценки пишите в комменты.

Освенцим...

Пожалуй, я первыми выложу именно эти фото...
а всякие красивые костелы и котики будут потом.

Рассказ о поездке: http://naiwen.livejournal.com/1428845.html

Труд делает свободным...Collapse )

Собственно, вот. Хотелось бы традиционно написать - никогда больше. Но человечество, к сожалению, плохо усваивает уроки :(

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com