?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: лытдыбр

Мой девятнадцатый век: не-имперская история России.
Каталог ранее выложенных статей, заметок, документов и материалов.
От декабристов до "Народной воли"


Дополняется.
(некоторые статьи и заметки по тематике попадают в два подкаталога)

Каталог: байки общества Соединенных Славян: малоизвестные страницы истории декабристовCollapse )
Декабристы: прочие сюжеты и документыCollapse )
Между двадцатыми и шестидесятымиCollapse )
Каталог 1863 год: Январское восстание, Александровские реформы, революционное движение 1860-х годовCollapse )
Каталог Народная воляCollapse )
Проект Письма: человек перед лицом вечностиCollapse )
Каталог: Времен связующая нитьCollapse )
Колонка критика: злой историкCollapse )

P.S.Для любителей моих исторических заметок: реклама каталога в дружественных журналах всячески приветствуется.
За сутки коты адаптировались, ели-пили-лоток нашли, и даже спать некоторое время дали (правда, в пять утра начали гоняться друг за другом).

Немного фото котов с телефона на новом месте
(То есть для котов оно новое. А я чувствую себя немного странно, вернувшись в квартиру своего детства и юности. Но сплю не в бывшей своей комнате, а в родительской, на бывшем отцовском диване - все это ощущается странным, как будто жизнь сделала какой-то круг).

Коты у бабушки 1

Смотреть еще фото?..Collapse )
Народ, никому случайно не нужно собрание сочинений Киплинга (6 томов в русском переводе) новое в отличном состоянии? Стоит у меня без дела, кем-то подарено.
Это я по случаю ремонта начала разбирать книжные шкафы и полки.

Выбрасывать жалко, заниматься продажей некогда, а мне не нужно - не любитель, признаться.
Своим бы отдала. Если желающих не найдется, пристрою в соседнее кафе - у них там книжная полка вроде буккроссинга. Но жалко.

(а вообще сегодня целый мешок книг вынесла просто "на лавочку" - таких, которые вряд ли пристроишь, во всяком случае в быстром темпе)

Про расстояния...

Впервые за много лет полюбопытствовала промерить дорогу от дома до метро, и от метро до офиса. Выяснилось (по яндекс-картам):
от дома до метро Лермонтовский проспект - 450 метров
от метро Кантемировская до офиса - 840 метров.
Таким образом, туда и обратно я прохожу пешком за день около 2,5 километров (это если только дорогу от дома до работы и обратно считать).
А у вас сколько получается?
(Сегодня у меня прямо День перевода какой-то... перевожу и перевожу...)

Вот чем-то мне нравится эта песня (нет, я не поклонница Лютера... ну то есть я просто никогда не задумывалась на эту тему - просто песня нравится сама по себе)
Оригинал слов здесь: http://tujek.linuxpl.info/tworczosc/wiersze/marcin-luter/

Живое исполнение (в ансамбле с Гинтровским и Лапиньским):



Подстрочный переводCollapse )
просто в порядке опроса. Навеяно постом Больдога про ювенальную юстицию и в обсуждениях периодически мелькает информация о том, что во многих странах сейчас нельзя оставлять ребенка до 12 лет одного дома, и нельзя выпускать его гулять одного без взрослых. Интересно, правда, какое есть законодательство (официальное и реальная практика) в разных странах?

Вот про себя расскажу так. Меня оставляли дома одну эпизодическ и ненадолго (может на 1-1.5 часа) примерно с четырех лет. Я как раз примерно с этого возраста себя более-менее помню, и одно из первых таких осознанных воспоминаний - именно как родители впервые оставили одну в квартире и ушли по каким-то делам, и было страшновато. Гуляла одна во дворе и в районе тоже где-то лет с пяти, наверное (тоже запомнила эпизод, как заблудилась и дошла до соседнего квартала, а там меня нашел какой-то доброхот, который и вернул домой).
В первом классе меня отводила в школу няня (родители платили знакомой пожилой женщине), она же забирала из школы и сидела со мной до возвращения родителей с работы. Со второго класса (то есть примерно с восьми лет) я ходила сама в школу, сама возвращалась и оставалась дома полностью одна до прихода родителей. До школы было примерно минут 12-15 пешком (около километра) или две остановки на автобусе (родители давали мелочь, так что можно было ездить на автобусе, но чаще ходили пешком) + нужно было перейти дорогу. В квартире не было не только мобильного :), но и стационарного телефона (у нас появился довольно рано стационарный телефон - когда я училась где-то классе в пятом; но у многих соседей не было, и они ходили к нам звонить). Родители оставляли первые пару лет для меня горячую еду в кастрюле, замотанной в два одеяла. И договаривались с соседкой, чтобы она иногда забегала меня проведать в течение дня.
Еще через год меня отпускали одну в музыкальную школу в Томилино (ехать автобусом минут двадцать или три остановки на электричке), а потом с 12 лет - в другую музыкальную школу, уже в Москве, на другом конце Москвы (мы в Люберцах, а в музыкальную школу я ездила в Кунцево, это было реально далеко, с несколькими пересадками, часа полтора в один конец).
Чего мне родители долго не разрешали, так это ночевать дома одной (а мне уже очень хотелось). Если родители куда-то уезжали, то обязательно приглашали бабушку или еще какую родню. Первый раз мне разрешили переночевать в квартире одной в 15 лет; и тогда же меня впервые отпустили одну с друзьями на неделю летом в деревню.

И заметим, это я - девочка из хорошей еврейской интеллигентной семьи. В более "простых" семьях (но тоже отнюдь не маргинальных) дети оставались одни и становились самостоятельными еще раньше.

Правда, меня уже в студенческие и даже в послестуденческие годы отец встречал вечером на платформе Ухтомская, когда я возвращалась домой поздно в темноте. То есть даже лет в двадцать пять еще порой встречали. Но у нас (это на границе Москвы и Люберец) там реально очень темно на платформе, в те годы не было никакого освещения, и район считался (в общем, небезосновательно) неблагополучным, а годы - начало 90-х - были неспокойными.

При этом мои же родители с Женей сидели дома чуть ли не до 15 лет, и боялись оставлять его одного в квартире, сопровождали или требовали, чтобы я сопровождала, в музыкальную школу и повсюду, и только лет в 14-15 он начал более-менее иногда оставаться один (а так, чтобы на ночь оставаться одному, когда я уезжаю - так по-моему только в последний год). Когда я возмущалась и говорила родителям, что я же оставалась одна гораздо раньше - родители мне неизменно отвечали, что теперь "времена другие" и что "теперь все небезопасно". Хотя по-моему сейчас гораздо безопаснее, чем было во времена моего детства и юности, теперь ведь у каждого первоклассника есть по крайней мере мобильный телефон.

А как у вас было в вашем детстве (в какие годы?) и как вы сейчас решаете эти вопросы со своими детьми?
Наверное, такая история существует в каждой стране. Про юность, искренность, веру, патриотизм, мужество перед лицом смерти…

Лицей Бюффон – среднее учебное заведение в Париже, в 15 округе, основано в 1885 году, существует до сих пор…

Действующие лица, ученики лицея Бюффон в 1940 году:
Жан-Мари Артю, родился в швейцарской Лозанне 2 апреля 1925 года. Его отец, вдовец, врач психиатр.
Жак Бодри, родился 7 апреля 1922 года. Единственный сын преподавателя экономики. Самый старший из группы, он успел закончить лицей Бюффон и получить степень бакалавра в 1940 году и готовился к конкурсу для поступления в высшую школу.
Пьер Бенуа, родился 7 марта 1925 года. Сын полицейского офицера и директрисы начальной школы.
Пьер Грело, родился 16 апреля 1923 года. Сын инженера-чертежника. В лицей Бюффон он поступил как раз в 1940 году в предпоследний класс и собирался изучать там испанский язык
Люсьен Легро, родился 11 июня 1924 года. Сын начальника отдела в министерстве финансов, брат художника Жана Легро. Он увлекался поэзией и живописью, был также прекрасным пианистом.


Читать дальше?..Collapse )

15 октября 1942 года состоялся повторный суд. Немецкий трибунал осудил пятерых лицеистов на смерть. Их перевели в другую тюрьму. Бодри и Легро дважды попытались бежать, но оба раза были пойманы и наконец на них надели железные цепи. После трех с половиной месяцев ожидания 8 февраля 1943 года пятеро лицеистов были расстреляны, а их тела сброшены в общую яму на парижском кладбище Иври-сюр-Сен.

Утром в день смерти пятерым осужденным позволили написать прощальные письма их родным.

Вот эти письмаCollapse )

В 1944 году известный поэт Поль Элюар, друг семьи Легро, написал стихи в память о казненных.
В настоящее время установлена памятные таблички на здании лицея, в честь расстрелянных юношей названы в Париже улица и площадь.
Собственно, даже не история, а просто песня. Это пост вдогонку к прежнему посту про "Дитя Страсбурга" и другие французские реваншистские песни времен франко-прусской войны и после нее. Вся основная история и исторический контекст там же и рассказаны:
http://naiwen.livejournal.com/1462782.html

Но эта песня исключительно прекрасна и духоподъемна в своем стиле, я просто обязана поделиться с общественностью :)) вот, смотрите, какие страсти!

Автор слов - Гастон Виллеме, уже знакомый нам по предыдущему посту. Музыка - Фелисьен Варг.
Поет Марк Ожере, запись с диска "Autour de la Commune" ("Вокруг Коммуны")
Оригинальный текст, например, здесь: https://fr.wikisource.org/wiki/La_Fianc%C3%A9e_alsacienne



Подстрочный переводCollapse )

В виде такой "полу-народной песни" это звучит ужасно смешно, конечно - такие страсти-мордасти. Но ведь это писалось всерьез, а не как пародия. Вспоминается рассказ Моэма "Непокоренная" и вспоминаются истории про то, как публично брили и шельмовали французских женщин, уличенных в связях с немецкими солдатами, после освобождения в конце ВМВ. И не разбирали, что там было на самом деле - связь ради выгоды, насилие или настоящая любовь.
В продожение темы:
http://naiwen.livejournal.com/1480505.html

Ну да, это мой любимый жанр - предсмертные письма, так что найдя источник, я не могла удержаться, чтобы не перепечатать здесь в сокращении. Довольно любопытно: Россель был расстрелян 28 ноября 1871 года, а буквально через несколько месяцев его написанные в тюрьме предсмертные письма и записки были опубликованы во Франции одним из друзей семьи, которому они достались. А в 1872 году (меньше, чем через год) в России был опубликован полный русский перевод этой книги. И сразу же запрещен цензурой! Но какой-то тираж успел выйти, и вот этот русский экземпляр 1872 года издания я держала в руках в Историчке и собственно с него сделала копию. Так что перевод того же времени.

Отрывки (полностью этот том в триста страниц).

Моим родным.

Суббота, 25 ноября 1871 года.

"Этот день, конечно, стоит того, чтобы рассказать о нем: это один из тех дней, в которые я наиболее страдал в моей жизни. С тех пор, как я покинул Коммуну, я пережил только один томительный, тоскливый момент: этот было в мае, когда я прятался в Париже... Одна из версальских газет напечатала против меня обвинительный акт, составленный так ловко, как будто он был прямо извлечен из фельетонного романа; в этом акте доказывалось, что я, при таких-то обстоятельствах, получил такое-то количество сотен тысяч франков с тем, чтобы предать г.Тьеру Париж. В первую минуту эта наглость горько поразила меня: я боялся, что не буду в состоянии очистить себя от этой клеветы. Но с тех пор, со времени моего ареста победителями, каждый фазис процесса, каждая попытка противников моих против меня все явственнее обнаруживали истинные черты моего характера; если теперь меня и приговорят к смерти, то ответственность за это падет на моих судей; они совершат убийство, наиболее опасное для них самих, для той политической системы, которой дорожат они, для их собственных детей.
Я очень спокоен в моей тюрьме, мало и редко задумываюсь о том решении, которое относительно меня будет принято.
Девять дней тому назад, собралась Комиссия помилования, и ее тайные, чуть не постыдные совещания окончились вчера.
Результат еще не известен, но по всему видно, что эти жалкие господа склонны к жестокости: люди, которые сами трусят - это самые страшные люди. Три дня тому назад писали, что меня и Ферре уже казнили" Читать дальше?..Collapse )
Начало см. здесь: http://naiwen.livejournal.com/1469560.html

Для полноты картины приведу еще одну песню Клемана о событиях Парижской коммуны. Она выразительно называется «Капитан «К стенке». Это до некоторой степени сатирическая зарисовка о расстрелах коммунаров у стены кладбища Пер-Лашез.
Вот запись. Музыка Макса Ронжье (это уже современный композитор), запись из альбома «La Commune en chantant» («Поющая Коммуна»), группа „Les Octaves”



Читать дальше?..Collapse )

...Итак, песня, которая родилась первоначально, как лирическая, в дальнейшем превратилась в революционный гимн и стала ассоциироваться с песнями социального протеста. Наконец, уже в двадцатом веке она снова превратилась в лирическую песню – которая, однако, несет на себе отпечаток своей непростой и трагической истории. Сегодня «Время вишен» поют все – левые, правые и вовсе совершенно аполитичные. Поют о времени, свободе и о любви.

Profile

девятнадцатый век 2
naiwen
Raisa D. (Naiwen)

Latest Month

June 2019
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com